Послюнив салфетку, Реджина вытерла Генри мордашку. Эмма улыбнулась, когда малыш, пытаясь убежать от мокрой салфетки, переполз к ней на колени. Тем временем, Реджина очистила свое лицо, и Эмма, совершенно не думая о том, что на них смотрят, потянулась к ней, большим пальцем вытерла крем, оставшийся в уголке губ Реджины, и бездумно облизала палец. И хотя выражение лица брюнетки не изменилось, Эмма заметила, как расширились её зрачки, и сбилось дыхание. Взяв Генри на руки, Реджина вышла из комнаты.
Эмма осталась в гостиной, ещё раз поблагодарила всех, кто пришел, и, закатив глаза в ответ на нахальную усмешку Руби, присела рядом с Августом, всё ещё удивляясь тому, что видит его в Сторибруке. Минут через двадцать, когда гости уже были заняты разговорами и закусками, Эмма заметила, что Реджина ещё не вернулась, и пошла за ней. Выйдя из гостиной и пройдя к кухне, Эмма увидела ту, кого искала. Реджина вытаскивала из духовки слойки со шпинатом и тихо разговаривала ни с кем иным, как с Тиной Белл.
Генри поблизости не было, и Эмма подумала, что он, как обычно, куда-то убежал. Но за шумом взрослых разговоров она расслышала негромкий топот детских ножек. Ну, если его слышно, стало быть, всё в порядке.
Эмма была рада, что Реджина, несмотря на трудности в отношениях с людьми всё же позволила Тине помочь спланировать для неё эту вечеринку. Эта мысль приятно волновала, и Эмма довольно улыбнулась. Она тихонько повернулась, не желая мешать их разговору, и пошла за тарелкой в гостиную, заметив, что на кухонном столе уже стоит лазанья. Услышав в зале негромкое ворчание, она вошла в комнату.
Август сидел, отвернувшись лицом к окну, вытянув протез и закатав на нём штанину, обнажив конструкцию из пластика и металла. Она уже хотела присесть рядом с ним, как услышала, что кто-то тихонечко охнул. Прищурившись, она оглядела комнату. Ну, конечно! Возле дивана у противоположной стены притаился, стоя на четвереньках, Генри и осторожно выглядывал из-за подлокотника.
Когда малыш увидел, как Август покачивает ногой, его глаза стали совершенно круглыми, и в своем удивлении он был просто очарователен. А в следующую секунду он, шокировано открыв рот, сдавлено ахнул и тут же зажал губы ладошками, почти ткнувшись лицом ковер, потому что Август с едва заметной усмешкой поднес к лицу левое запястье и проговорил в свои часы:
- Орион-1 - Носителю. Орион-1 - Носителю, успешное приземление и инфильтрация. Планета заселена разумной цивилизацией. Отмените атаку, - Август произнёс всю эту тарабарщину металлическим голосом, вполне соответствующим сообщению.
- Я знал! - тихонько воскликнул Генри, прячась за диваном.
Эмма закатила глаза, глядя, как Август сотрясается от беззвучного смеха, прикрыв рот кулаком. Она подошла к Генри, который задом полз к выходу, и подняла его на руки. Мальчишка вскрикнул от неожиданности, но, увидев, что это Эмма, крепко обнял её за шею и уткнулся в плечо, пытаясь спрятаться. Держа Генри на руках, Эмма подошла к дивану, на котором сидел Август, совершенно невозмутимый и невероятно гордый своей шуткой.
- Прекрати его дразнить, - строго сказала Эмма, пытаясь развернуть Генри и усадить его лицом к комнате, но малыш продолжал прятать лицо у неё на плече.
- Не знаю, о чем ты, - ухмыльнулся Август.
Эмма схватила Августа за руку и проговорила в часы:
- Носитель, Орион-1 - полный идиот.
Генри оскорблено охнул.