У меня нет слов.
— Погоди, — перебиваю я. — Правильно я тебя поняла? Это ты, заметь, сейчас скакал без трусов с ремнём наперевес в моей спальне с чужой женщиной. Но в итоге это ты оскорбился и бросаешь меня? — уточняю я.
— Да, ты всё правильно поняла, — словно дерзкая дева вскидывает свой подбородок Виталик. — Мне надоело жить с такой стервой. Ты все эти годы подавляла во мне мужское начало. Это ты — самая настоящая абьюзерша! У которой есть только одна фальшивая подруга, которая дружит с тобой только из корысти. Подумай об этом. Ты плохо кончишь, — презрительно смотрит на меня Виталик, и у меня буквально заканчивается воздух в лёгких.
Такого поворота я не ожидала. Да и кто бы ожидал?!
— Жить с тобой было настоящей пыткой, — продолжает дальше добивать меня Виталий. — Так что я рад, что всё открылось. Сонечка снова научила меня жить и любить…
— Сонечка, эта…
— Да, именно, Сонечка — моя любимая женщина, к которой я ухожу от тебя! Мягкая, податливая, нежная девушка! О какой я всегда и мечтал, — встряхивает волосами Виталик. — Женщина, которая наконец-то открыла во мне мужское начало! Чего не смогла ты! — обличительным жестом тычет в меня своим пальцем муж.
Словно обвиняет меня в преступлении…
Я все годы подавляла его мужское начало, пока какая-то девка в школьном фартуке не откопала его…
Мать вашу…
Сижу, уставившись перед собой, и пытаюсь сообразить, что же в своих прошлых жизнях я сделала не так.
— Мои адвокаты свяжутся с тобой, — победоносной фразой, как из голливудского фильма, добивает меня мой муж, направляясь к выходу.
О Боже, что это было?!
Я слышу, как он разговаривает с кем-то в коридоре. Наивная. Я думала, что Виталик пришёл умолять меня о прощении, а он просто хотел излить на меня всю свою злобу и в итоге… Бросить меня первым?!
Разве так вообще бывает?!
— Эй! — кричу я с пятого этажа вниз, когда мой муж под ручку со своей школьницей под тридцать выходят из подъезда.
Оба задирают головы вверх и им прямо на их светлые головы льётся варенье из трёхлитровой банки. Сама варила ещё два года назад. Всё равно его никто не ест.
— Вы забыли, — закрываю я уже за собой окно. — А ты говоришь, что я жёсткая. Очень даже мягкая, на мой вкус…
8
— Он пропал, пропал, понимаешь… — размазываю я по лицу тушь с соплями, пока Ирка заботливо подливает мне этот проклятый чай в кружку.
— Кто пропал? — спрашивает она, и я, икая и рыдая, отвечаю:
— Мой брак…
Не думала, что спустя всего несколько часов уже моя подруга уже будет утешать меня, хотя некоторое время назад ничто не предвещало крушения всей моей счастливой жизни.
Я не пошла на работу, взяла отгул после командировки и вот теперь сижу в домашнем халате и тапочках на своей кухне, пока скорая психологическая помощь в виде моей лучшей подруги накачивает меня чайным антидепрессантом.
— Но самое обидное, что он сам ушёл от меня к этой девке в фартуке…
— В каком фартуке? — ничего не понимает Ирка.
— Это уже неважно, — снова всхлипываю я, уже успокаиваясь. — В конце концов, у меня есть квартира, на работе меня ценят как незаменимого сотрудника, а без мужа можно вполне себе прожить на белом счете, — сама себя успокаиваю я.
— Ну да, ты права, — уныло соглашается со мной Ирка, и по её тону понятно, что она категорически со мной не согласна.
— Ах, да, кстати, я нашла твоего Андрея, — начинаю я уже искать вчерашние посты с фото её афериста. — Вот, полюбуйся, — сую я ей под нос экран телефона, и наблюдаю, как Ирка начинает сосредоточенно читать посты.
Я сижу, отхлёбывая чай в ожидании того, что моя подруга сейчас прозреет и скажет мне спасибо.
За то, что открыла ей глаз и заодно спасла её отпуск своими деньгами.
Вот она наконец-то поднимает свои невинные полные грусти глаза на меня и тихо произносит:
— Ну ты и сука, Алёнка. Не ожила я от тебя такого.
С меня словно рукой снимает всю мою депрессию, и я ошарашенно смотрю на подругу:
— Что? — переспрашиваю я. — Что-то мне уже слышится всякое.
— Я только что сказала, — чётко чеканит слова Ирка, — что ты самая настоящая сука. Завистливая. Злобная, — уже встаёт она, и голос её звучит всё громче, пока она швыряется в меня обличительными словами. — Тебе было мало того, что ты довела сначала своего Виталика, который всегда мне казался идеальным мужем. Буквально толкнула его в объятия чужой женщины, у которой он пошёл искать утешения, — стоит она, возвышаясь надо мной, как Немезида. — Так ты ещё решила и мне нагадить? Слишком уже красивая история у меня, да? Слишком романтичная? Но тебе ведь этого не понять! Железная леди! — бросает она мне словно оскорбление в лицо.