Поручая себя молитвам Вашего Высокопреосвященства, имею честь быть с сыновнею преданностью и любовно, Вашего Высокопреосвященства, Милостивейшего Архипастыря и Отца, нижайший послушник
Иннокентий, Архиепископ Камчатский.
Ноября 30 дня 183. Аянский Порт.
Письмо 109
Возлюбленный мой о Господе, Отец Никита.
Хотя теперь еще декабрь, и Вы теперь еще далеко-далеко от Питера и, быть может, еще очень не далеко от Ситхи; но я уже поздравляю Вас с прибытием в Россию, — с окончанием такого длинного плавания, с приобретением многих сведений и проч. проч. и наконец, с получением Монаршей милости. Извините пожалуйста, я представлял Вас к камилавке, но Св. Синоду угодно было удостоить первой награды. Впрочем Вы знаете, почему это сделано; ибо верно видели в Ситхе последовавший по сему Указ.
О получении скуфьи потрудитесь прислать рапорт для приобщения к делу; а также уведомьте официально и о том, сколько Вы получите прогонных денег. Я об этом пишу Графу, которому Вы и потрудитесь отнести эту мою бумагу; с тем вместе узнаете и о решение сего дела, и расскажите ему о наших делах и делишках, разумеется, ежели он будет спрашивать. Сходите к г. Карасевскому, Александру Ивановичу, Обер-Прокурору, и, между прочим, просите его о награде Вам за службу по Семинарии. Дадут — только сумейте дело сделать, а как сделать, Вас не учить стать. Вы сам отец подъячий.
Буду с нетерпением ожидать от Вас письма; если Вы захотите, то можете еще послать и, быть может, я успею получить оное еще до отбытая в Америку.
О себе скажу, что я теперь живу в Аяне и 27 декабря думаю отправиться в Якутск, и прожить там до последних мая — 10 июня, а потом ехать опять в Аян и в Ситху. Более о себе ничего не могу сказать, кроме того, что месяца два назад стал я получать указы из Святейшего Синода своевременно, и, кажется, так будет уже всегда.
Новостей здесь ровно нет никаких, кроме того, что казенное судно Байкал при выходе из реки Охоты повредилось, но как сильно — неизвестно.
Напишите мне, пожалуйста, письмо откровенно и сколько можно подробнее. Я люблю читать Ваши письма и напишите, где Вы приютились. На всякий случай я посылаю Вам послужной Ваш список, может быть, он будет Вам нужен — недостающие сведения Вы сами можете дополнить. Но Вы наверно из Ситхи ушли не без послужного списка или не без каких-нибудь бумаг. — Иначе-сами на себя пеняйте.
Желаю Вам всякого благополучия, а паче всего спасения души. Вы еще долго-долго проживете на свете. Бога ради, не забывайте меня многогрешного и в Ваших домашних молитвах и на проскомидии, надеюсь, будете поминать. Уведомьте, где Михаил Дмитриевич и Иваницкий и другие Ваши сослуживцы в Америке.
Прощайте, Господь с Вами отныне и до века и во всю бесконечность. Любящий и уважающий Вас душевно Ваш покорнейший слуга
Иннокентий Архиепископ Камчатский.
Декабря 5 дня. 1851 г. Аянский Порт.
Р. S. Если поедете чрез Москву, постарайтесь непременно увидеться с митрополитом Московским.
Письмо 110
Ваше Высокопревосходительство, Милостивый Государь.
Письмо Вашего Высокопревосходительства от 24-го ноября я имел честь получить в Аяне 25-го декабря, Честь имею отвечать Вам на оное.
Вы изволите, говорить, что весьма сомнительно, чтобы правительство разрешило миссию у Гиляков, и Вы сожалеете, что я употребил это слово в письме в С.-Петербурга — Прочитавши письмо Вашего Высокопревосходительства, я вижу, что я очень худо сделал — упомянув несколько раз в моих бумагах о Гиляках, и не только в партикулярных письмах, но даже и в одной официальной (выписку из коей я имел честь препроводить Вашему Высокопревосходительству при письме моем от 2-го декабря) и очень и очень жалею об этом; но уже сделанного воротить нельзя. Теперь мне остается только просить Ваше Высокопревосходительство не лишать меня Вашего расположена за такой мой проступок — впрочем совершенно неумышленный. Еще в 1845 году я был посвящен в тайны Амурские; и с тех пор до лета прошедшего 1851 года я считал это секретом (на бумагах). Но получив письмо от Его Высокопреосвященства Митрополита Московская, где он явно говорит об Амурской миссии и Гиляках; и особенно, получив указ Св. Синода, где прописаны слова из рапорта Вашего Высокопревосходительства Государю Императору, я полагал, что уже теперь можно писать в некоторых бумагах об этом предмете прямо. Вот изволите видеть, Ваше Высокопревосходительство, что мы с Василием Степановичем совсем не разумеем политики, и теперь я боюсь, чтобы мне опять как-нибудь не дать подобная промаха. Бога ради, если Вашему Высокопревосходительству угодно будет мне что-нибудь подобное писать, то прямо скажите мне, что это между нами. И вот напр. Вы изволите говорить в последнем письме Вашем, чтобы я написал Вашему Высокопревосходительству, сколько нужно для содержания причта Амурского. — Как это написать? официально? или партикулярно? прошу вразумить меня.