В конце лета и осенью 1851 года, в тамошней стороне было повальное поветрие кашля, от коего много, как слышно, померло людей на устьях рек Кускоквима и других, где еще миссионер никогда не бывал; из новопросвещенных же туземцев, также страдавших сею болезнью, сколько известно, померло не более 30 человек.
Относительно утверждения в вере и благочестии новопросвещенных, миссионер говорит то же, что и прошедшего года: то есть, там видны успехи, где он более имеет случаев быть, и в особенности, где находится церковь. Сии последние охотно собираются в церковь на молитву, не тяготятся продолжительностью служб и со вниманием слушают предлагаемые поучения, и при исполнении обязанности очищения совести, исполняя это еще в первый, в неподвижном храме, раз, они показали особенное усердие; и кроме того, в последние дни поста, они по своей охоте приходили в церковь и выстаивали всю службу. В усердии к посещению храма не уступают им жители и других селений. В последние дни поста и в первый день Пасхи церковь была полна народом. Такое же усердие к молитве и слушанию поучений показывали и жители реки Кускоквима, во время путешествия миссионера в Колмаковскую одиночку, из коих многие приезжали для этого к часовне. Но в других местах, где не бывает миссионер, «очевидно мало, или, быть может, говорит он, и совсем нет признаков возрастания в христианской вере между крещенными. Ибо во время бывшего поветрия некоторые, даже из тех, кои постояннее назидаются, поколебались в вере, тайно прибегая к шаманам, коих повсюду еще много, и посредством коих духъзлобы не перестает еще бороться с христианством». Почему миссионер, будучи извещен о колеблющихся, при собеседованиях с ново-просвещенными и особенно во время поста при говении, много и часто говорил касательно сего предмета. Но в то же время и то же поветрие показало, что между ними есть такие, которые с твердостью исповедуют веру во Иисуса Христа и не стыдятся говорить о Нем и между самими язычниками. Миссионер особенно указывает на двоих: Павла, заказчика Икогмютского селения и Максима, жителя реки Кускоквима. Первый из них, во время эпидемии, советовавшим ему прибегнуть к шаманам отвечал решительно: «Не говорите мне об этом; пусть лучше я умру, надеясь на Бога, но никогда не предамся шаманам и не послушаю их». Очень замечательны также слова одной старухи, мирно и спокойно скончавшейся чрез три дня после ее напутствия: «молись Богу обо мне, сказала она миссионеру, и о спасении моем: так, если Бог не даст мне здоровья здесь, то принял-бы мою душу и спас меня».
Обстоятельства и, в особенности, бывшее поветрие не позволили миссионеру в летнее время делать путешествия для проповеди слова Божия: и потому, с июля 1851 года по январь 1852 года язычников никого не окрещено. В начале же 1852 года, во время обыкновенной поездки его на реку Кускоквим, присоединилось к церкви 46 душ обоего пола, которые сами приехали для этого к часовне. В течение марта окрестилось в самой миссии 24 человека разных племен, в числе коих 12 человек Инкалитов, горных жителей, кои очень издалека приезжали для этого. Они сначала приехали в селение на реке Чагелюк и там ждали миссионера; но, узнав, что он туда не будет, решились ехать еще далее-в самую миссию. В Чагелюкское селение с ними пpиeзжaли еще несколько человек их собратий, и с тем же намерением; но те возвратились домой. «Таковые и подобные случаи, говорит миссионер, бывающие почти каждогодно, подают надежду, что много есть желающих принять хрисианскую веру». Но, как я говорил уже об этом многократно, миссионер, будучи один и часто бывая нездоров, не имел возможности быть везде, где было нужно и где бы хотелось ему. В настоящее же время, когда послан ему помощник (иеромонах Гавриил), прибывший ныне вокруг света, можно надеяться, что при содействии благодати Божией, и число обращенных будет увеличиваться, и новообращенные, чаще или реже, но все будут видеть священника и слышать от него поучения.