При таких обстоятельствах к прекращению или умерению здесь зла, происходящего от безбрачия, в отношении заезжих лучшего средства не представляется, кроме того, какое (как я слышал) существует въАнглийских селениях, а именно: всякому заезжему в колонию без жены (разумеется, кто может) дозволить вступать в подобное супружеское сожитие с туземками или Креолками без венчания или благословения церковного на известных условиях, напр., если желающий вступить в такое сожительство согласен будет обеспечить по возможности будущую судьбу детей своих и их матери в той мере, какую предложит Компания, и проч.
Бесспорно, что эта мира противна и законам, и добрым обычаям, и чувствам, и следовательно, не может принести истинной пользы ни краю, ни самим сожительствующим, и, словом сказать, это то же зло, хотя и благовидное. Но, ежели не найдется уже никаких других добрых и законных средств к отвращению зла, происходящего здесь от безбрачия, то при такой крайности лучше из двух зол избрать меньшее. Лучше иметь какой-либо порядок или вид жизни общественной, чем беспорядок, с первого раза разрушающей все доброе; лучше допустить такое неблагословенное, но постоянное сожительство, чем терпеть разные виды разврата со всеми его последетвиями; лучше пусть будут дети от небдагословенного брака, но воспитаны естественными родителями и как должно; чем дети, знающие не более, как мать свою, явно лишенную доброго имени а между тем, можно сказать почти наверное, что из 20 таких сожительств 3–5 кончаются законными браками или по обстоятельствам, или по привязанности к друт другу или к детям и проч.; а при теперешнем безбрачии этого почти никогда быть не может.
И само собою разумеется, что при допущении таких мер уже поставить кому следует в непременную обязанность, преследовать всякие виды разврата.
Не подумайте, Ваше Сиятельство, что я эту меру считаю, как полезнейшую из всех для здешнего края; нет, я далек от этого. Я только при настоящих обстоятельствах не нахожу никакой другой лучшей, и которая притом уже существует в соседстве нашем в народе образованнейшем. Найдется лучшее средство к водворению здесь порядка общежития, и я первый готов бросить камень на предлагаемую мною меру.
Но так или иначе, рано или поздно надобно будет как-нибудь устроить это дело, если хотят, чтобы здесь укрепилась добрая нравственность и развилась жизнь общественная нa началах прочных.
В случае, если бы понадобилось осуществить предлагаемую мною меру, то, в отношении собственно Церковных правил, я полагал бы:
Всех Русских, живущих в не благословенном Церковью союзе, к причастию Св. Таин, выключая случаев, грозящих смертию, не допускать, дабы допущением их наравне с другими не унизить законного брака и не нарушить Соборных Правил; а исповедываться им велеть не менее 2 раз в год. Наложниц же их, если оне из туземок, по усмотрению духовников допускать иногда, но не иначе, как с наложением нескольких поклонов публично; так как они в этом случае гораздо менее виновны, чем мужчины; особливо те из них, кои отданы будут в сожительство родителями или тоенами и в летах юных.
Священникам велеть наблюдать, чтобы при вступлении в такое сожительство не были нарушаемы пределы лет, родства, кумовства и проч. 3) из бывших в таком сожительстве мужчин в духовное звание не принимать, или принимать не более, как в церковнослужители; а женщин — считать вдовыми.
Затем, все сие предоставляя на благоусмотрение Вашего Сиятельства, я только покорнейше прошу — в случае, если бы сия моя просьба оказалась совершенно неудобоисполнимою, то (если возможно) возвратить ко мне письмо сие — и тем дело это кончится; или — почтите меня Вашим уведомлением о последующем по нему.
С совершенным почтением и таковою же преданностью честь имею быть Вашего Сиятельства покорнейшим слугою
Иннокентий, Епископ Камчатский.
Мая 5 дня 1850 г. Новоархангельск.
Письмо 84
Ваше Превосходительство, Милостивая Государыня, Варвара Петровна.
Виновата я пред Вами, давно уж я не писал к Вам. Причиною именно то, что от нас отходит одна почта, а не что либо другое. Бог видит, что я всегда поминаю, помню и вспоминаю Вас с любовью и благодарностью.
Потрудитесь передать мой искренний поклон всей Вашей домашней церкви, и в особенности Ее Сиятельству Анне Сергеевне.
О себе скажу я только, что я в Аяне и к будущей Пасхе опять располагаюсь приехат в Аян. Все остальное, если Вам будет угодно знать, расскажет Вам сын мой Гавриил, которого я посылаю ныне в Россию жениться.