Я приехала из Райнбека в понедельник ранним утром вместе с Олином. Там было жарко, но очень красиво. Это самое красивое место, которое я когда-либо видел, но немного мертвое. У нас было несколько ужасных споров. Наверное, неправильно говорить, что нельзя верить в Асторов и попасть в Царство Небесное, но я думаю, что это правда – я даже не верю, что можно попасть в ад, веря в них. Человек получает то, что заслуживает, – если он верит в Асторов, это заканчивается тем, что Асторы верят в него. О [Олин] много говорил со мной о «хорошей форме», «правильных поступках» и называл многие вещи «невероятно дешевыми и вульгарными». Он сказал мне, что его покойный дед – джентльмен старой школы, перед памятью которого он приклоняется, – говорил, что Руссо был просто «хамом», писавшим о людях, которых он знал, и я ответил, что Руссо, несомненно, был бы очень обижен, если бы услышал от его деда такие слова. Я также сказал ему, что называть все, что не нравится, «невероятно дешевым и вульгарным» – это не тот способ, которым люди, нажившиеся на мошенничестве босса Твида, должны относиться к жизни – или к кому-либо еще, – и что нельзя оправдывать себя от хамства, называя других людей хамами.
Думаю, в этом его беда: он считает, что главное – не делать ничего, что могло бы показаться Асторам дурным или оскорбительным тоном. Это чувство гораздо глубже, чем его чувство к живописи, хотя он работает очень усердно и искренне.
Сарджент, Уистлер, Шоу, социализм в гостиной, вареные овощи и все остальное.
Он прекрасный человек, добрый и правдивый в душе. Он мне очень нравится, я его очень уважаю, и мне неприятно видеть, что он так преисполнен чувств к фальшивым традициям культурам и так пуст к настоящим.
Мы пошли на концерт в Льюисон [Леонард, Джулиус и Адольф Льюисоны, сделавшие состояние на меди и свинце, в конце жизни занялись филантропией. Адольф был главным филантропом семьи. Самым известным его даром стал стадион на шесть тысяч мест, который он подарил Городскому колледжу Нью-Йорка в 1915 году. В своем завещании он оговорил, что разрешает колледжу использовать его для проведения летних концертов по низким ценам. Его брат Леонард был отцом Алисы и Ирен, основателей театра «Плейхауа».] Сегодня вечером на стадионе играла очень красивая музыка, публика была прекрасная, а на открытом воздухе было тихо и спокойно. Завтра вечером я встречаюсь с некоторыми людьми в «Скрибнерс» – новые гранки приходят быстро, и книга будет опубликована в октябре. Я все еще очень рад этому, но хочу закончить новую [книгу] – единственное стремление, которое, стоит того, чтобы ничего не делать, и иметь для это деньги. Литературная жизнь здесь, насколько я могу судить, отвратительна и банальна – я вложил кровь и пот в свою книгу, и меня будут ненавидеть некоторые люди, осуждать старики, насмехаться и издеваться молодые – богатые снобы, как обычно, будут верить в то, что модно, а клика и политики будут кричать и издеваться.
Я рад, что ты наслаждаешься визитом к своему другу, и удивлен, что здесь так тихо. Не становись слишком сельской – полагаю, в Нортгемптоне, как и в любом другом месте, все еще можно наслаждаться некоторыми простыми удовольствиями. Во всяком случае, да благословит тебя Бог, мы увидимся в воскресенье в Бостоне. Я чувствую себя хорошо, несмотря на жару, которую ненавижу. Во всем Нью-Йорке царит атмосфера страдания, и все жители города нравятся мне еще больше. Сегодня я заметил, насколько нежнее и приятнее стали их лица, когда они чувствуют боль. В такую погоду мы вдруг вспоминаем, как тяжела жизнь и как много нам приходится бороться за столь малое. И все же я полон надежд и ожиданий. Лучше быть таким, чем Бруксом – хотя мы оба ошибаемся. У Олина я читал Дефо, Смоллета, Диккенса и стихи Свифта. Все они очень хороши, хотя Свифт не был поэтом. Он был Свифтом. В «Смоллете» есть сцена, где двое мужчин устроили дуэль, покуривая ассафоэдиту в маленьком чулане. В конце концов, одного из них стошнило в лицо другому – на этом дуэль закончилась. Это была очень хорошо написанная сцена. [Этот эпизод взят из книги «Приключения Фердинанда графа Фатома», глава 41. Информация была найдена благодаря любезным усилиям доктора Памелы Миллер, доцента английского языка в Пенсильванском государственном университете, и Хейзел Маккатчон, главного библиотекаря Пенсильванского государственного университета, кампус Огонтц].