Диего, ну почему ты меня любишь? Я не достоин. Твоя любовь приносит мне лишь больше боли, ведь я осознаю, насколько я отвратителен и насколько я порочу тебя, а ты все равно добр ко мне. Так режет душу твоя нежная забота, особенно когда понимаешь, что не заслуживаешь и части твоего тепла.
Диего…
Мне было хорошо с тобой, честно. Но я не признаюсь, я не покажу чувств. Не обижайся, любимый друг, это все ради тебя.
Пойми меня правильно, но я не позволю бесу во мне испортить тебе жизнь.
ВЛОЖИТЬ ПЕРСТЫ В ЯЗВЫ
— Пум, тум, турум, — я тихо напевал песенку, думая об Але. Надеюсь, сегодня Гленорван ничего не выкинет, а то Альентес так незащищен перед ним. Но теперь я спокоен. Совсем. Я верю в Аля, верю, что он понял, как дорог мне и, что он не имеет права так легко сдаваться противнику. Теперь он просто обязан беречь себя, я больше не позволю ему так бездумно относится к своей жизни, не щадя ни тела ни души. Я не прощу ему столь беспечной непредусмотрительности!
Для начала, а день я провел насыщенно, я съездил к ближайшей станции метро и нашел Интернет-кафе. Там я просидел с четверть часа, исследуя вопрос наших непростых отношений. Я заботился об Але, поэтому хотел, чтобы он чувствовал себя комфортно, а значит, я должен соответствовать по уровню знаний и умений. Но умение приходит с опытом, а пока достаточно знать, как доставить Алю удовольствие.
Сегодня произошла смена парадигм в моем сознании. Я узнал столько всего нового!!!
На самом деле, было неприятно копаться во всей мало приличной информации, но, если отрешиться от напускного и внешнего, сопоставить с собой и образом Альентеса, то становится вполне приемлемо. Даже больше, я понимаю, что другого пути у нас нет, мне хорошо, когда я рядом с ним, остальное меня не волнует. Мужчина, воспылавший любовью к мужчине… Это про меня. Сколько я грехов вчера совершил? Прав ли я в своих чувствах? К черту! Я люблю и все остальное ерунда, суета сует!
Дальше я отправился в аптеку, накупил всего-всего, что нам потребуется.
Денег катастрофически не хватало, но я выложил все до последнего рубля. Я хочу, чтобы Алю было хорошо со мной. Пускай он лопочет, о том, что для него вчера ничего не значило. Как же! Он же не истукан. Я понимаю его, он боится, что опорочит меня, над ним довлеет его прошлое, но мне неважно. Его вины в произошедшем нет, он ничем себя не запятнал, и, учитывая ужасы его прежней жизни, я люблю его даже сильнее.
Он мой лучший друг и брат, я никогда от него не отрекусь.
После похода в аптеку, я вернулся домой и приготовил сытный обед. Я уже говорил, благодаря моей вкусной и полезной еде, Аль прибавил в весе и теперь выглядел, как нормальный человек, не умирающий от дистрофии! Все же приятно сознавать, я не бесполезен Альентесу.
Я так увлекся радостью по поводу обретения Аля вновь, что ненависть к Джорджу отступила на второй план. Нет, я не простил американца, поступившего столь ничтожно и жестоко с моим любимым другом, я выместил его за границы сознания. Сейчас мне было совершенно не до Акведука.
В моем теле поселилась легкость, зародившаяся на влажных простынях нашего с Альентесом любовного ложа. Легкость трепещущего сердца!
Под вечер пришел Аль. Он выглядел плохо, слишком подавлено.
— Мы уезжаем, — буркнул он, резко бросая билеты и деньги на кровать.
— Тебе сообщили?
— Естественно, не с потолка же я взял, — холодно заметил Аль.
— Ясно, — засмеялся я, — Пойдем пока поедим.
— Я не хочу.
— Аль! Так нельзя…
— Заткнись и собирай вещи.
— Не говори так со мной! — я насупился и поставил руки в бок.
Альентес не ответил, он лишь посмотрел на меня с плохо скрываемой досадой и, резко развернувшись, двинулся в ванную.
Щелчок замка ознаменовал наше отрешение друг от друга.
Я дулся.
И обижался до того момента, пока не услышал характерный шлепок, знаменующий удар кнута.
— Черт! — рявкнул я.
И снова мой слух ударил взмахнувший в воздухе хлыст.
— Аль, открой дверь! — заорал я, тарабаня в ванную.
Ноль реакции.
— А, ну открой! — не сдавался я, — Я ведь на хрен вынесу эту дверь! Альентес, впусти меня!!!
Но он не слушался.
Напрасно, я ведь не шутил. К тому же в состоянии аффекта, я способен на все, даже Эверест подвинуть. Зря что ли меня Рауль трактором зовет?!