— Но… Но… в конечном итоге мне понравилось… быть с ними… Мое тело…
Парень выглядел по-настоящему разбитым.
— Сколько времени им потребовалось, чтобы приучить тебя к себе? Как долго ты держался?
— Два года… Только боль и стыд.
— О, ну это долго.
— А?
— Тебя развратили в подростковом возрасте, когда только начинает складываться сексуальность. Совершенно нормально, что приноравливаясь к ужасной окружающей среде, твой организм выбрал наиболее разумное и полезное для твоей психики решение. Ты полюбил однополые отношения. Иначе ты бы сошел с ума.
— Ты действительно считаешь, что это нормально? — с надеждой произнес Альентес.
— Да. Абсолютно, здоровая реакция психики. Ты был ребенком, ты ничего не мог поделать.
— Но… Это я развратил Ческо и остальных…
— Заткнись, — не выдержал Джордж, — Они — мусор, что не достоин существовать на лице планеты. Ты их развратил? Что за чушь?!
— Джордж…
— Да, что такое? Альентес, ты ни в чем не виноват! Хватит себя ненавидеть и изводить, — раздраженно проговорил Гленорван, — Ты… Да ты чистейшее существо, ты сохранил в душе свет и искренность, несмотря на то, что с тобой сделали. Ты их даже не винишь… Господи… — Джордж помотал головой, — Сама наивность! Святой!
— Опять? Зачем ты меня так называешь?
— Имею право на личное мнение, — иронично хмыкнул американец.
— Но все не так, я… Я ужасен! — Альентес прикрыл глаза рукой.
— Глупый! — Джордж переместился на кровать, играючи разлохматив парню волосы, — Хочешь сегодня составить мне компанию?
— Где?
Монах, кажется, заинтересовался.
— Хочу прошвырнуться по городу. Обещаю идти медленно и неторопливо.
— Хорошо, я буду следовать за своим хозяином.
— Обзывай, как хочешь, только сутану не надевай. О большем не прошу, на то, что ты прическу поменяешь, я даже не надеюсь.
— Нет, не поменяю… Но переоденусь…
— О! Сохранил мой подарок?! Great!
— Да, случайно. Я заметил, когда доставал сутану.
— Кстати, зачем ты накрыл труп той девушки?
— Чтобы она не мерзла…
— Мертвая? — уточнил Джордж.
— Да.
— Блаженный, — улыбнулся американец, — А теперь в душ и одеваться!
— Мы? Вдвоем?
— Опять мечты тащишь в реальность?
Альентес не ответил.
— Быстро, встал и пошел, — изобразил суровость Джордж, но его глаза веселились.
Монах послушно проковылял до ванной.
Гленорван проводил его снисходительным взглядом полным сарказма и любопытства. Очевидно, его забавляло столь оригинальное общение.
— Забудь обо всем, Альентес, — проговорил Джордж в потолок, зная, что его никто не услышит, — Твое братство в прошлом, гори оно в аду со своими архаичными трупами и приданиями! Хах, как по католически прозвучало!
Он непринужденно и задорно рассмеялся.
ПРИНЕСТИ ЖЕРТВУ МОЛОХУ
— Ты знаешь, зачем я тебя вызвал к себе в кабинет? — с долей суровости спросил Дедал у брата Рауля, которого он не так давно пригласил на разговор, и который достаточно сильно отклонился от указанного времени визита.
— Нет, Старейшина, — Рауль стоял, виновато потупив голову.
— Ладно, — Дедал подошел к окну и оперся на подоконник обеими руками. В отличие от своего предшественника он обладал скромными, почти спортивными габаритами, к тому же никогда не улыбался, от чего походил на суровое серое облако, особенно, когда его короткие седые волосы отрастали и торчали во все стороны, создавая вокруг головы мираж ореола.
Оба мужчины молчали.
— Так зачем же вы меня позвали? — первым заговорил Рауль, хоть и смущался, чувствуя себя как под прицелом пистолета.
— Во-первых, извините. С этого тебе следует начать, — произнося свою реплику, Дедал даже не удосужился повернуться.
— Эмм, извините, я… А что я сделал?
— Опоздал, — пренебрежительно фыркнул зам главы, — Сейчас 13 часов, а я назначал на 12:30. Знай, брат Рауль, я не потерплю опозданий, или других нарушений дисциплины. Для меня внутренний регламент ордена одна из важнейших составляющих нашего успешного существования. Понимаешь?
— Да… Да, конечно, — закивал наставник, — Но…
— Без всяких «но», у розенкрейцеров в последнее время было слишком много послаблений. Все в либеральщину играем! — самозабвенно продолжал Дедал, — Совсем распустились, и ничего удивительного, что на нас свалилось столько проблем. Сплошные неудачи по всем фронтам битвы с Акведуком. Испорченность и напыщенность братьев просто убивает, ничего общего с нашими постулатами. Ничего… Поэтому, брат Рауль, имей в виду, тебе надо постараться, соберись и возьмись за ум, я расхлябанности не прощу. С завтрашнего дня ввожу систему наказаний за нарушение дисциплинарных правил ордена.