— Ты о чем? — спросонья не догадался я.
Он не ответил, лишь подошел к окну и застыл, остановив свой взгляд на детской площадке.
— Я просто постирал от нечего делать, — наконец, до меня дошло.
— Я собирался ее выкинуть…
— Теперь не придется, — я улыбнулся.
Альентес не ответил, предпочтя закурить следующую сигарету, уже вторую по счету.
— Как ты себя чувствуешь? — побеспокоился я.
Он пожал плечами и небрежно кинул в мою сторону:
— Не видишь?
— Наверное, тебе надо выдержать постельный режим…
— Нет, все хорошо. Температура бывает только под вечер. К тому же, мне уже значительно лучше. В первые два дня действительно был повод для беспокойства.
— Что? — я подскочил, — Если свое состояние ты называешь «значительно лучше», то как же ты себя чувствовал? И почему никого не позвал на помощь??? Как это безрассудно!
— Не сотрясай понапрасну воздух.
— Ты бредил вчера ночью… У тебя был жар, может, имеет смысл передать задание мне?
— Самодеятельность строго запрещена, — отрезал мой сотоварищ.
— Но ты ранен, это факт. И тебе бывает дурно. Выполнение миссии под угрозой.
— Естественно мне бывает дурно, рана восполена, но на моей боевой форме это не отражается. И вообще, мне пока не сообщили плана дальнейших действий, так что время набраться сил у меня есть.
— А! — я хлопнул себя по лбу, — Забыл… Мне же передали для тебя конверт.
— Вместо того чтобы докучать мне своей суетливой заботой, лучше бы ты выполнял поручения в срок, — подметил Альентес и сердито нахмурил брови.
Я сбегал в комнату и принес конверт, доселе забытый на дне моей дорожной сумки.
Когда я протягивал послание Альентесу, наши пальцы случайно соприкоснулись, и мое сердце забилось быстрее. Было что-то родное и приятное в тактильном столкновении наших ладоней.
Мой товарищ резким движением распечатал конверт и извлек цветное фото. Мне стало интересно, кто намечен на повестку дня, но Альентес закрыл фотографию, повернувшись ко мне спиной. Однако попытки удовлетворить свою любознательность я не бросил. Наверное, просто из вредности и банального человеческого любопытства. С энтузиазмом шизофреника и такой же глупой улыбкой я вился вокруг Аля и пытался заглянуть из-за его плеча на снимок.
В конце концов, Альентес не выдержал. Он снова кинулся на меня с намерением провести свой уже апробированный на мне прием. Но на этот раз я не позволил себя повалить. Я перехватил его руку и теперь уже Альентес оказался поверженным. В отличие от него, упасть ему я не дал, удержав под локоть. Аль так и завис в считанных сантиметрах от земли.
Я засмеялся, смотря на его удивленное лицо.
— Ага, — проговорил я, — Не ждали?
— А ты не такой никчемный, как я думал, — спокойно ответил Аль.
— То-то же, — я подмигнул и выбил изо рта друга сигарету, — Бесит, что ты вместе с легкими сажаешь свой хороший голос.
— Может, отвалишь от меня?!
— Конечно, но только после этого… — я вырвал из рук товарища фото будущей жертвы.
— Ну… — поторопил меня Аль.
Я отпустил Альентеса и он развалился на полу, недобро на меня поглядывая.
— Я мог провести контр бросок, и ты бы горько пожалел о своем поведении, — произнес он, — Но я решил не перенапрягать глаз из-за мелкого раздражителя…
— Фу! Как тебе не стыдно! — я картинно покачал головой, — Я за тобой ухаживал всю ночь, а ты еще обзываешься!
— Я не просил.
— Это потому что ты гордец и дурак!
Альентес поморщился, ему стало неприятно напоминание наших детских обзывательств. Я всегда, будучи ребенком, дразнил лучшего друга гордецом, вот и сейчас он среагировал на старое прозвище. Но мне не хотелось его подначивать или заставлять нервничать, он и без меня вдоволь натерпелся за ночь.
Я решил сменить тему.
— Эдакий красавчик, — присвистнул я, демонстративно глядя на фото врага, — Голливуд льет слезы!
Если честно, я не врал, со снимка на меня смотрел с лукавым прищуром интересный мужчина в самом расцвете сил. Он был отлично сложен, стильно и дорого одет, а главное обладал внешностью, от которой трепещут все женщины. Глаза цвета океанской воды, волосы, укравшие блистательность солнца, аккуратно причесанные волны кудрей, улыбка Диониса, скрывающая запретное наслаждение и тайну. По всему было видно, человек на фото крайне умен и обольстителен, а поэтому чрезвычайно опасен.
— Все равно ему придется умереть, он наш враг, — низкий голос Аля привел меня в чувства и вернул в реальность среднестатистической кухни.
— Когда убьешь его? — поинтересовался я.