— Ладно, я понял, у тебя новая кукла. И пока ты от нее не устанешь, бесполезно что-либо говорить.
— Точно. Хотя я не расцениваю его, как игрушку. Мальчик, обычный мальчик, чье сознание не успело обрасти шаблонами и рамками нашего безумного общества. Прелестно!
— У него шаблонов в мозгу не меньше, там Игнасио постарался на славу.
— Угу, я бы с ним пообщался, — усмехнулся Джордж.
— Насколько тесно? — с нотками иронии отозвался Итон.
— Настолько, что мокрого бы места не осталось, — рассмеялся Джордж, — Задолбал штамповать лучших ассасинов ордена. Одни проблемы от него! Назойливое насекомое!
— Эх, повеселил, — Итон тихо посмеивался, — Но все хорошее заканчивается, надо прощаться. У меня, между прочим, куча работы. Это ты дурака валяешь, по магазинам расхаживаешь, а я не могу себе такого позволить.
— Не завидуй! Ты бы все равно не осилил разгуливать, устал бы и ныл, ища скамейку с гамбургером в придачу. Кабан!
— Пока, добрячок! — протянул Итон и отключился.
Поговорив вдоволь, Джордж упал в кресло наподобие трона, служащее магазину с одной только целью — элитного антуража. Сгонять, уставшего посетителя никто не стал. Консультанты, все как одна молоденькие девушки с горящими в поиске богатых любовников глазами, и подумать не смели, чтобы помешать столь шикарному мужчине.
Американец скучающим взглядом окинул магазин и, указав рукой на шарф, кивнул продавщице, чтобы та посчитала. Девушка тут же кинулась выполнять.
Джордж тяжело вздохнул и принялся вновь терзать кнопки телефона.
Абонент соизволил ответить только с десятого раза.
— Я же тебя просил никогда самому сюда не звонить! — разговор начался с недовольства.
— Не пищи в трубку, уши сводит, — равнодушно произнес Джордж, картинно отставляя телефон от уха.
— Чего надо? — голос собеседника стал более спокойным, но все равно в его интонациях сквозили истеричные нотки.
— Справиться, как здоровье! — пошутил американец.
— Ты издеваешься? — взревел собеседник всеми голосовыми связками своего юного голоса.
— Да, чуть-чуть, — спокойно признался Джордж и улыбнулся.
— Змей! — взвизгнул парень.
— Не спорю, но скажи-ка мне, любезный Иуда, можешь ли ты меня проконсультировать?
— Сам ты Иуда, — обиделся парень.
— Хорошо, не Иуда, мишка Гамми, пойдет?
— Отвали! В чем проконсультировать-то?
— Ну, в одном непростом вопросе…
— Давай быстрей, пока я могу говорить!
— Кто-то угрожает твоим оральным способностям?
— Гленорван!!!!
— Молчу, молчу, — шутливо стушевался американец, — В смысле, перехожу к сути.
— Давай же!
— Скажи, my dear информатор, у Альентеса есть хобби? Или что-то, что он любит?
— А тебе зачем? — растерялся парень.
— Изучаю противника во всех, так сказать, тонкостях. Хочу подцепить.
— А-а, не знаю я. Мы с ним не общались. Он был из старшей группы, — отрапортовал ренегат.
— Ну, а если подумать?! Мозгами пораскинуть? — Джорджа решительно не удовлетворил ответ шпиона.
— Да не знаю! Бесит он меня, с чего мне его хобби интересоваться?! И вообще, кроме Игнасио его никто не занимал. Он же его собственность.
— А до того, как он стал вещью наставника, неужели Альентес ничем не выделялся?!
— Нет, — зло буркнул парень, но тут же добавил, — Погоди-ка, кажется, считалось, что пел он неплохо. Хотя по мне ничего особенного.
— Пел? — переспросил Джордж, его глаза вспыхнули хитрым блеском.
— Да, пел. В хоре. Что тут такого? Мы почти все там пели.
— И он выделялся на общем фоне?
— Я так не думаю, но его все хвалили. Только вот после того, как он попал к Игнасио, ему было велено уйти из хора, и он никогда больше не пел. На людях конечно. Подробностей их интимной жизни не знаю.
— Да уж, не повезло.
— Тоже мне цаца. Выжил, не помер, прямо как таракан.
— Смотрю, Альентес тебя здорово задевает… — подметил Джордж.
— Бред! Просто мне не нравится, что ему приписывают кучу заслуг, только потому, что он воспитанник брата Игнасио. Альентес из себя ничего не представляет!!!
— Не буду спорить, — отстраненно отозвался Джордж, желания ввязываться в бессмысленный диспут у него, и, правда, не было.
— К тому же, — не унимался информатор, — Я не общался с Альентесом, он обитал затворником в северном крыле монастыря, т. е. в отдалении от жилых помещений остальных наставников. В северной стороне только архивы и склады…
— Погоди, я записывать не успеваю, — подколол американец.