Во время течения реки злоречия, подмечайте удобное слово говорящей и поскорее переведите речь на другое. Но как у вас клеится, что ревность жива, и осуждение сбоку?! Смотрите, как бы не обуяло вас кислое благочестие.
Плод пересудов у вас изображен так: "перестала наблюдать за собою, бороться с помыслами, одним словом, потеряла всякую собранность. А молитва? В церкви стояла, как кочерга, дома как деревяшка!" А наружно все же были вы самой благочестивой. Вот это и есть кислое благочестие. Оно у вас м.б. в зачатках, но если не постережетесь, оно укоренится и станет вашим характером. Извольте поопастись! Что же сделать? Ничего особенного: страх Божий водрузите в сердце, и он все переделает. Ой поопаситесь.
Вам говорят: "более заслуги подвизаться в молве житейской, чем спасаться в уединении". И вы не отрицайте этого. Те, которые истинно подвизаются, не имеют в виду заслуги, а о том лишь заботятся, чтоб очистить себя от страстей и страстных чувств и помыслов.
Для этой цели жизнь в общении с другими пригожей, потому что она представляет действительные опыты борения со страстями и преодоления их. Эти победы бьют страсти в грудь и в голову, а повторение их скоро убивает страсти наповал. В уединении же борьба бывает только мысленная, которая также бывает слабодейственна, как удар крыла мухи. Оттого умерщвление страстей в уединении долже тянется. И мало того, оно бывает всегда почти не умерщвлением собственно, а замиранием, замиранием на время до случая встречи с предметами страсти. Причем бывает, что страсть вдруг воспламеняется, как молния. И бывает, что иной, долгое время имевший в уединении покой от страстей, вдруг падает. А того, кто дошел до покоя от страстей чрез борьбу не мысленную, а действительную, нечаянное нападение их не поколеблет. - Вот на каком основании мужи опытные в духовной жизни заповедуют преодолеть страсти действительным с ними борением в общении с другими, а после этого уже уединяться. Вы ссылаетесь на свою немощность в оправдание своего несогласия с изрекающими предложенное в начале положение. А кто вам сказал, что у вас причиною уступок или поблажек себе в недобром бывает немощность, а не самоугодливое саможелание и человекоугодие? А этим причина слабость решимости идти должным путем ко спасению и Богоугождению. Решимость сию надо возвесть на такую степень, чтоб она была неуступчива до положения живота. Пока она не такова, все будет хромание на обе плесни; делание легонького и бегание от тяжеловатого (это и еще черта кислого благочестия). Я гадаю, что это именно у вас и есть, и ваши слова: "ревность жива" не выражают вашего состояния. Ревность деятельна, а у вас только желание действовать. Присмотритесь Господа ради, хорошенько и возьмитесь за дело живо, трезвенно и действенно. Иначе неизбежно попадете в чин тех, кои ни горячи, ни холодны, о коих Господь изрек нечто страшное.
Я все думал, что у вас хлопоты не об уединении, а только о перемене места, что вам мешает спасаться по чему-либо. А если уединение требуется, то его везде устроить можно: затворите двери, вот и одни. Если вы здесь не можете этого сделать, то и нигде. И причина - человекоугодие: боитесь укора. Оставаясь такою, куда бы вы ни уехали, все тоже встретите, и все те же уступки допускать будете.
Говорят вам, что вы до конца жизни должны служить ближнему. Против этого вы в свое оправдание говорите: послужила, довольно с меня, пусть другой кто вместо меня послужит. Неужели вы в самом деле хотите уволить себя от доброделания?! Но без него как же спасаться?! Я все не понимал и теперь не понимаю, как и от чего бежите вы, когда идете путем спасительным?! Находясь в таком положении, вам предлежит только так вести дела свои, чтоб они свободны были от всего, что отнимает у них цену пред Богом. А это вы можете сделать, не двигаясь с места, потому что это состоит во внутренних изменениях.