Племянник живет - нешто, детей - трое: малец и две красавицы. Они все здоровы.
Писал я вам? Или нет? Сижу, готовлю 5-й т. "Добротолюбия". Перевожу Никиту Стифата, ученика Симеона нового богослова. Очень дельные уроки, которые похитрей, - пропускаю. Трудно выразить мысль.
Некто из ищущих спасения, писал ко мне раз-другой. Недавно известил, что перебрался в Задонск. Он ученый хорист. Я направлю его к о. Кассиану.
Благослови вас, Господи! Спасайтесь!
Ваш доброхот Е. Феофан. 26 сентября 1888 г.
1031. О благоустройстве внутренней храмины. Сообщение о Варваре Алек. и других лицах
Милость Божия буди с вами!
Хвалите новое жилье: чисто, опрятно. Теперь и в середке тоже все таким же образом наладьте. Внешнее да напоминает и указует на внутреннее. В каждом письме, уже несколько времени вы повторяете воротиться на старое, войти в свою колею. Что вы тут разумеете? Неужели там - внутренняя храмина разорилась? Она построена не на песке. К тому же вы говорите, что молитва Иисусова в силе у вас. В какую же еще колею желаете вы вступить?!
Беретесь читать Петра Дамаскина и св. Исаака Сирианина. Добре! Я бы вам вот что посоветовал: повторите Симеона нового богослова, одну первую часть. Затем прочитайте в книге о трезвении и молитве - Златоуста, Исихия, Филофея Син. Тут и Исаак. Это очень поновит энергию. Лучше св. Симеона никто не разожжет энергию.
"Не имеете, чем оправдаться на суде, дел нет". Делами оправдаться нечего и думать. Оправдание всецело идет от всех в силу крестной смерти Господа. Но есть побочности, кои тоже стоят, как условия, и хотя в совершенстве мы их представить не можем, но можем искренно желать их и искать, - и некий успех представит, посильный, но в меру всей нашей силы. Варваре Александровне я задал задачу - решить, в чем состоит добрый ответ на судищи Христовом, о коем молимся в просительной ектении, и написать ответ. Вот и вам то же пришлось написать. Буду ждать ответа. Но Варваре Александровне я приписал: хоть целый век не решит, пусть, только бы каждый день и даже час думала о сем. А вам что написать? Вы решите тотчас и напишите.
Вы напрасно сомневаетесь в успехе Варв. Алекс. Пусть у нее такой характер, как вы говорите. Но про благодать зачем же вы забываете? Придет помощь и все перестроит. Я ей прописал, где общество найти. Пусть вообразит, что верх жилья ее исчез и небо открыто. Она видит небо и небесных. Пусть говорит с ними, а они с нею. Вот и общество. Почему этого нельзя ей устроить? Святые слышат молитвы наши к ним, и там делают что следует по поводу их. Это их ответ.
К преосв. Леонтию до сих пор не собрался написать. Виноват! но соберусь. Ибо желаю беседы с ним. Все виноваты красавицы. Вот ныне вы, да Варв. Алекс. Так ему и скажите, и пусть он на вас епитимию наложит, что из-за вас времени не остается к нему написать.
5-й том переводится. 3-й-печатается. Долго возились с переписыванием его, 4-й переписывается.
Варв. Алекс. описала коротко все кружение свое по обителям. Впечатление хорошее осталось; и может чрез воспоминание поддерживать добрые ее решения. Описала также прощание с Спб. и петербургскими. Со всеми в ладах рассталась; но не жалкует. Об о. Александре скорбное сведение, догорает, и кажется догорит скоро. Грудь расстроена.
Первое письмо, что вы про Дуню не ворчите. А то вы все пишете то: Дуня исправилась, в другой раз: Дуня никуда негожа, измучила, хоть прогнать в пору.
Вот Варв. Алекс. - так пленилась ею. Мне приходило на ум: да вот куда Дуне, к В. А.
Благослови вас Господи всяким благословением. Спасайтесь!
Ваш доброхот Е. Феофан.
То лицо, о коем я говорил, только в нынешнем письме получает ведение, что если хочет, может обратиться к о. Кассиану - такому и такому. Поклон ему и Митрофану.
26 октября 1888 г.
1032. Совет при новом осложнении жизни схимницы, чаявшей покоя
Милость Божия буди с вами!
Очень жалею, что у вас там так тревожно совсем. - Но кто ж тут виноват? Мы с вами искали лучшего, и казалось нашли. - Вам было хорошо здесь прежде, и по переходе хорошо было. Как вдруг этот джентльмен! Кто мог предвидеть? Если б теперь решать, никто не посоветовал бы вам. Дело решалось, когда у вас здесь рай был, а там соседка не перестала строить свое. Вот я и посоветовал. Вы кажется всю вину на меня взваливаете. Пожалуй я возьму и всю. Но справедливость требует: грех пополам. Непременно. Вы охали от соседки. Редкое письмо было без этого. Мне и жаль вот стало, - очень жаль. Потому, когда вам хорошо жилось в скиту, я и посоветовал вам избрать это хорошее. - Выходит, что я вас сбил с толку своим советом, а вы сбили меня с толку своим криком от соседки. Оба и виноваты; обеих и обвинять надо. А вы только меня обвиняете, а себя выгораживаете.