И хождение жен на гроб в день воскресения нельзя стройно описать, если принять, что они все кучкою ходили, - и за один раз. Надо признать три прихода - и три сказания о них. О сем извольте посмотреть в письмах к разным лицам Еп. Феофана, письмо 23.
Жены вечером в субботу сговорились, утром в первый день недели, пойти на Голгофу и помазать миром Господа. Но для похода туда не собираться в городе, а идти на Голгофу, как кто может, и там ожидать пока все соберутся. Они не в одном доме имели квартиру, а в разных. Оттого вышло, что из города вышли и на Голгофу приходили не все разом, а по частям. Но какие ни приходили туда, видя, что Господа нет, и получая извещение, что Он воскрес, не имели уже нужды выжидать, а приходили и уходили.
Прежде всех приходила Мария Магдалина, по Ев. Иоанну.
Когда она от гроба побежала к Апостолам, приходила Иоанна, жена Хузы с некоторыми другими, по Ев. Луки, потом пришла Мария Иаковля и Саломия, тоже вероятно с некоторыми, по Ев. Матф. и Ев. Лук.
Получив повеление от Господа и Ангелов идти сказать Апостолам о воскресении Господа, они собрались наконец все у Апостолов, по Ев. Иоанну, 24:10.
Им не поверили.
Плодом всех их свиданий было только то, что св. Петр еще сходил посмотреть гроб.
Дальнейшие сказания о явлениях Господа идут своим чередом и не требуют объяснений.
Вот что еще. Погибель Иуды помещается вслед за отведением Господа к Пилату. - Как он принес сребро свое к первосвященникам, а первосвященники пошли в эту пору к Пилату, то надо полагать, что сие дело Иуды имело место после, когда власти церковные были свободны. Это и из сказания Ев. Матф. видно. Ибо тут говорится, что держали совет и положили купить горшечниково поле. Когда тут было это делать? Потому я уже полагаю это в конце событий, в пятницу, после положения Господа во гроб. Хорошо и у вас там сделать то же.
Се - рех вам.
Мне предлежит переписка, которую беру сам на себя, в той мысли, что может быть еще что придется подчистить; не в самой Ев. истории, ибо тут идет сплошь текст священный, а в объяснениях, почему так изворачиваются события.
Благослови вас, Господи! Спасайтесь!
Ваш богомолец Еп. Феофан. 4 июня 1884 г.
1163. Переписка Евангельской Истории. Книжная конкуренция. О сновидениях. Благословение. Еще к делу о Евангельской истории
Милость Божия буди с вами!
Добрейший Н-лай В-вич!
Измучился. Над чем? Над леностью. Переписываю. А ведь это великое искушение. Поверить некому. Перепишут так, что хуже черновых. Делать нечего, буду тянуть. Только долго протянется. Пишется очень медленно, потому что надо разборчиво, а скоро пиша не напишешь разборчиво. - Как-нибудь управимся.
Говорите: Афонцам отдать. Из какой стати? - У них есть своя жизнь. - Сам издам.
Буду просить редактора Душеполезного Чтения, чтоб нашел корректора посмысленей, и понаблюл за печатанием. Надо, чтоб не было погрешностей. - Картинки и я думал, а потом передумал.
Афонцы не стали бы думать, что моя книжка будет подрывом для их издания? - Будет не справедливо. Моя книжка совсем другого калибра с их жизнеописанием. Им подрыв сделан каким-то московским книгопродавцем, который издал уже жизнь Христа Спасителя, и с картинками многими, хорошими, если все таковы, как те, кои отпечатаны при объявлении. Если бы Матвеевский не мешкал, - Афонцы давно бы уж издали. Вот это они могут предъявить Матвеевскому, если вздумает просить прибавки.
О сновидениях не имею что сказать. Исторически уж подтверждается, что бывают сновидения от Бога, бывают свои, бывают от врага. - Как разузнать, - ума не приложить. - Глазок смотрок. Решительно только можно сказать, что сны, противные православному христианству, должно отвергать. Еще: никакого нет греха не следовать снам, когда не достает уверенности. Божии сны, кои исполнять должно, повторительно были посылаемы.
Красавицу вашу да сохранит Господь в правой вере, при доброй жизни, какую она ведет. Со страхом Божиим да содевает свое спасение. В преданности Богу, да взывает к Нему из глубины души о сохранении ее в истине православной, без коей нет спасения.
Вы писали переменить заглавие. Нет. Еже писах - писах; "по сказанию Евангелистов:" не выражает дела. И Матвеевский пишет по сему сказанию. Отличие моей истории то, что в ней нет моих слов. Кроме заглавий. Оправдание порядка - все в слове к читателям, которое будет в треть или четверть книги, и стоит впереди особо.