После завтрака мы действительно шли до трёх после полудня. Тогда я скомандовал очередной привал. Но из всей команды лишь юрист Артамонов, компьютерный задрот Гоша, да одуванчик Ксения сразу опали там, где стояли. Остальные, пошептавшись в собственном кругу, принялись наяривать круги по округе, вооружившись металлоискателями. Круглова бродила в паре с Женей, по очереди размахивая металлоискателем, как крестьянин косой во время сенокоса. А братья — Илья и Марат — нарезали метры по зигзагообразному маршруту. Они кружили, удаляясь от импровизированного лагеря, до тех пор, пока я их не окликнул. А затем вернулись слегка разочарованные и уставшие.
— Не найти вам здесь ничего, мальчики и девочки, — посмеялся с них я. — Ну, разве что, раздавленную банку из-под пива. Оставьте мечты о монетах царской эпохи или нацистских крестах. Нет тут ничего.
Вместо возражений горе-туристы дружно заявили, что привал надо сократить и двигаться дальше. Им бы хотелось в первый день уйти чуть глубже по прочерченному маршруту. И даже на бедолагу Георгия зашикали, когда тот заявил, что ему вполне неплохо лежится на траве. И что не хотелось бы сегодня больше передвигаться на своих двоих.
Но у Гоши не было шансов — Круглова живо его поставила на ноги лишь при помощи взгляда. Даже дополнительной энергией, наверное, зарядила, ведь до следующего привала — до девятнадцати ноль-ноль — тот даже не пикнул.
Я дал команду «стоп», прикидывая приблизительное количество километров, которые мы отмотали. Получалось немного из-за особенности ландшафта и выбранного курса, который несколько раз приходилось менять. Но поскольку особой цели у маршрута не было, я не переживал. Переживал лишь за ноги начинающих туристов.
Несмотря на робкие возражения, я бегло осмотрел каждого и убедился, что ступни у всех в полном порядке. Подошвы не стёрты, кровавых мозолей нет. Добротная обувь справлялась вполне неплохо. Затем раздал кучу указаний, распределив полномочия. Кое-кто отправился хворост собирать, кое-то кто взял мой топорик и раскладную пилу, чтобы подготовить поленья. А кое-кто был отправлен по тропинке к знакомому мне роднику. Но самое занимательное — Мария Круглова вместе со своей молчаливой протеже без демонстрации брезгливости принялись за готовку. Не в глобальном смысле, конечно. А только лишь нарезали всё ещё свежие овощи, перед этим убрав с выбранной мною поляны весь мусор. Дамы, как оказалось, не чурались грубой работы.
Я прикинул на глаз размер поляны и на пару с молчаливым Захаром установил две палатки — многоместную, где планировали в тесноте ночевать мужики, и двухместную для прекрасных дам. Изучив свой крохотный временный дом, дамы не стали фыркать, затащили надутые матрасы и умело расстелили спальные мешки. Судя по всему, Марат или Женя ранее показывали им, как это правильно делать.
Ну а затем, когда все были заняты делом, я установил собственную палатку, предназначенную для одинокого волка.
Когда огонёк костра весело плясал, когда в котелке кипела вода, а на прутьях, орошая угли тающим жиром, жарились куски нарезанного сала, я опрыскал спреем каждую палатку. Затем зажёг две спирали от комаров и расставил на небольшом расстоянии от костра. Вряд ли от жужжащих кровопийц удастся спасти всю ночь, но комфортное погружение в сон я туристам гарантировал.
Ужин прошёл в молчаливой обстановке. Очевидно, команда изнеженных банковских работников устала. Плюс, наверное, их смущала моя компания; в свете костра я ни раз ловил на себе странные, озадаченные взгляды.
Поэтому пришлось в очередной раз взять инициативу в свои руки и поделиться непрошенными историями из собственной жизни. Хоть мне никто не задавал конкретных вопросов, я рассказал, как дошёл до жизни такой. Поведал немного о службе, похвастался, что, благодаря протекции, был обласкан в мэрии и устроен в службу безопасности, где два года нёс ответственность за весьма влиятельное тело. Но когда "тело" по собственной воле неожиданно сложило полномочия, меня, что называется, передали по наследству.
Правда с новым главой города я отработал всего год — я решил, что пришла пора отправляться на вольные хлеба. С одной стороны по причине желания наконец-то стать самостоятельным, с другой стороны — потому что делишки, творившиеся в городской администрации, мне пришлись не по душе. В этих «делишках» я не желал принимать участие. От них за версту несло уголовной ответственностью.
И меня, слава Богу, отпустили, не держа дулю в кармане. Пообещали помогать в любых начинаниях, и слово своё сдержали — геморрой под названием «бюрократизм» не настиг мою задницу, когда я организовывал бизнес. Мне всё далось легко и просто.