Хотя ничего подобного она не говорила. Просто шла молча, низко опустив голову. Даже со взглядом моим встречаться опасалась, когда я оборачивался.
Тон в движении задавали Марат и Женя. Они опять часто останавливали нашу невеликую колонну, забирались на каждый холмик, оглядывали каждый ярок или случайное нагромождение веток. А когда Женя радостно закричал, что слышит интересный сигнал, горе-туристы дружно покинули тропинку и рванули через кусты.
Хорошо хоть я не поддался всеобщей радости и оставался максимальном собранным. И успел заметить скрутившийся на земле кожаный чёрно-пятнистый ремешок. А затем лапищей вцепился в рюкзак Ксении, прежде чем она совершила неосторожный шаг навстречу опасности.
— Ксюша, стой!
Её ноги неуклюже взметнулись, когда я дёрнул рюкзак на себя. Он неожиданности девушка воскликнула и потеряла равновесие. На долю секунды окинув меня испепеляющим взглядом, она уставилась на мой указательный палец и проследила за направлением.
«Чёрный ремешок» оказался гадюкой обыкновенной. Остренькая мордашка с энергичным языком, щупавшим воздух на вкус, застыла на небольшой высоте. Тело собралось в пружину, собираясь нанести повторный удар.
— Что случилось? — услышал я голос Марии Кругловой. От места, где засела гадюка, она находилась шагах в пяти.
— Ничего, — крикнул я, и добавил, заметив, как побелело лицо Ксении. — Стойте пока на месте. Ни двигайтесь.
— Да что там у вас!?
Я перехватил походную палку, сделал шаг вперёд и смог расслышать весьма знакомое шипение. Гадюка приподнялась немного, собираясь отразить нападение.
Но куда ей со мной тягаться?
Не испытывая никаких сожалений, я размахнулся, как профессиональный бейсболист. И со всего размаха засадил по змеюке. А потом ещё раз. И ещё. И ещё.
Сзади закашлялась Ксения. И отвернулась даже.
— Ксюша, золотце, ты в порядке? — в этот раз я совсем не иронизировал. Ковырнул землю носком крепкого ботинка, сбросил в образовавшуюся ямку изуродованное туловище и прикопал сухой листвой. — Не переживай, она тебе ничего не сделает.
К нам подскочил Захар Котт. Осмотрел место побоища, заметил капельки крови, а затем понимающе посмотрел на Ксению. Но посочувствовал лишь молча.
— Граждане туристы, — назидательно сказал я, наблюдая, как все на меня смотрят. — В лесу зевать нельзя. Смотрите, пожалуйста, под ноги. В лесу и кроме змей сюрпризов хватает. Не добавляйте седых волос на мою начавшую редеть шевелюру.
После столь пламенной речи к месту захоронения поспешили зрители. Могилку несчастной змеи раскопали, наблюдали и присвистывали. А «смельчак» Гоша даже сделал пару фотографий на телефон.
— Эй, ты в порядке? — я вернулся к Ксении и полез расстёгивать застёжки ремней рюкзака. — Сними пока. Присядь… Не бойся, нет тут никого. Гадюки обычно прячутся под корнями деревьев. Открытые пространства стараются игнорировать.
Бедная девушка понемногу приходила в себя. Приключение получилось не бог весть какое, но она по-настоящему успела испугаться. Наверное, в собственной голове уже представила, что бы случилось, соверши она ещё два шага вперёд.
— Выпей воды, — я достал из её рюкзака бутылку. — Пей! — и добавил строго, когда она прошептала «не хочу».
В таких ситуациях, я знаю, уговоры не действуют. Действуют приказы.
Она отпила пару глотков, вытерла со лба пот и посмотрела мне прямо в глаза. Да так посмотрела, что я неловко заулыбался.
— Спасибо, — прошептала она.
— Это моя работа, мэм, — принялся кривляться я. — В этом лесу мне сам Супермэн не соперник.
Ксения улыбнулась. Наверное, впервые за время похода… Да и, наверное, впервые за время знакомства.
— Всё хорошо, Ксюша? — на лбу Кругловой я впервые увидел морщины, когда та озабоченно нахмурилась. Походу, очередной сеанс инъекций ботокса не за горами.
— Да, тёть Маш, всё нормально. Ничего страшного.
— Пожалуйста, не отходи от нашего сообразительного проводника, — дала она вполне толковый совет… э-э-э-м… племяннице? Я даже немного удивился, ведь никакого сходства между двумя неожиданными родственницами не заметил. — Всегда держись позади него.
— Хорошо.
— Что вы там обнаружили? — задал я вопрос Марии Кругловой. Марат и Женя так и не покинули место находки. Но ковырялись недолго, и сейчас разочарованно пинали сушняк.
— Советскую монету. Три копейки 1937-го года.