— К-хм, — ничего не понимая, я обозначил себя.
— Ой, Алексей Петрович! Простите, — первой сориентировалась Аня. — Тут вас, вот, ждут.
Блондинка печально посмотрела на меня, поднялась с дивана и протянула тонкую ручку, от шеи до локтей укутанную в чёрную ткань.
— Доброе утро, — она постаралась выдавить из себя улыбку.
— Доброе, — я был совершенно сбит с толку.
— Меня зовут Нелли Круглова. Я младшая сестра Маши.
— Серьёзно? — челюсть я всё-таки уронил.
— Мне нужна ваша помощь, Алексей. Маша мертва…
…Ошарашенный неожиданной новостью, я увёл блондинку в свой кабинет и запер за собой дверь. Усадил на стул у стола, плюхнулся в руководительское кожаное кресло и впервые пожалел, что никогда не держал в холодильнике алкогольных напитков. Сейчас, думаю, что-нибудь однозначно пригодилось бы.
Признаться, я был растерян. Растерян появлением неожиданной гостьи, растерян неожиданной новостью. Когда я давил на педали, спеша в офис, ничего подобного я даже предположить не мог.
— Ещё кофе? — неуклюже предложил я, ведь дама всё ещё держала в руках почти полный бумажный стаканчик.
— Нет, спасибо.
— Может, тогда расскажете, что случилось? — чувствовал я себя неловко и сейчас бы тоже не отказался от стопки водки. — Вы меня шокировали, конечно.
Костяшками пальчиков Нелли Круглова утёрла пару слезинок со своих печальных глаз.
— А я-то как была шокирована! Всё ведь произошло совершенно неожиданно, — сказала она. — Маша всегда была непомерно амбициозна. Всегда бежала впереди всех. После получения диплома устроилась на работу в банк. Со временем заслужила высокооплачиваемую должность. И чем выше взбиралась, тем меньше мы друг с другом общались. Думаю даже, она никогда не рассказывала вам обо мне.
— Никогда, — подтвердил я. — Насколько я успел её узнать, она больше руководила, чем общалась. Командовала, а не разговаривала… Простите, если задел за живое.
— Нет-нет, ничего, — улыбнулась она. Её улыбка тоже выглядела печальной, хотя контур губ весьма сексуальным. Я не особый спец, но губы были подкорректированы или при помощи татуажа, или, как у сестры, при помощи ботокса. — Я знаю, какой она была. Вам нет необходимости подбирать слова.
— Признаться, вы меня ошарашили. Услышав фамилию по телефону, я не вас ожидал увидеть.
— Понимаю. Я о вас от Маши слышала. Но не знала, куда звонить. Нашла номер вашего офиса через интернет. И решила прийти.
— Правильно поступили, — поддержал я. — Расскажите всё, не стесняйтесь.
— Если честно, ничего не предвещало трагедии. Всё своё время Маша посвящала работе. Времени на личную жизнь совершенно не оставалось, как она говорила. Но с недавних пор она начала вести себя странно. На звонки отвечала неохотно. Разговаривала односложно. Лишь рассказала, что увлеклась историей брянского края. А конкретно — периодом нацистской оккупации.
— И почему вдруг? — удивился я.
— Я не знаю. Она никогда не была взбалмошной. Всегда всё планировала и следовала планам. Спонтанность ей была несвойственна. Но неожиданно увлеклась тем, чем никогда не увлекалась. А затем сообщила мне, что уедет на какое-то время из Москвы. А как вернётся, всё расскажет.
Я поморщился. Вопрос, который я планировал задать следующим, был не из простых.
— И что случилось после того, как она вернулась?
Капельки влаги, как и ожидалось, вновь показались у печальных глаз. Я проявил такт, залез в ящик стола и протянул даме салфетку.
— Спасибо… Когда Маша вернулась, она так и не позвонила. А вскоре мне сообщили, что она погибла.
— Как именно?
— Несчастный случай, мне сначала сказали. Её «KIA» перевернулась на полном ходу на одном из проспектов. Перевернулась и загорелась. Шансов спастись у неё и её водителя не было никаких…
Я достал ещё одну салфетку. Нелли Круглова не отказалась. Сейчас они были ей необходимы.
— Но на самом деле это не случайность, — она отложила салфетку.
— Нет?
— Следователь сказал мне…
— Следователь??? — я замер на стуле, выкатив глаза.
— Да. Он сообщил, что причиной потери контроля над транспортным средством и последующим возгоранием послужил взрыв под днищем. Не искра в бензобаке, а взрыв.
Нелли Круглова замолчала и, тяжко вздохнув, буравила моё охреневшее лицо.
Понятное дело, в сей момент собственного лица я не видел. Но чувствовал, что рот открылся, глаза чуть ли не вываливались, гармошка на лбу собралась. Такой неожиданности я совершенно не ожидал.
Перед глазами промелькнуло хорошо знакомое лицо надменной дамы. Мария Круглова оставила след в моей памяти, пусть и не особо приятный. Но я никогда не желал ей зла. Посмеивался про себя. Но беззлобно, с некой снисходительностью. И был крайне разочарован произошедшим.