Я бросил быстрый взгляд на Ксению. Но слезинок в глазах не заметил. Судя по рассказу, она была довольно близка с «тётей». Но ни траурной косынки не носила, ни горечь вселенскую не изображала. Видимо, в процессе более близкого знакомства уже на ниве карьеры, что-то заставило Ксению посмотреть на Марию Круглову под другим углом. Возможно, совместная работа сильно отразилась на их отношениях.
Но сейчас меня больше интересовали иные материи. Нелли Круглова оказалась совсем не Кругловой. И, скорее всего, даже не Нелли. Но самое интересное, что я действительно не рассмотрел сходства при знакомстве. Внешне они отличались друг от друга, как Марс и Земля.
Только вот вопрос: откуда тогда лже-сестра так много знала о настоящей Кругловой?
— Это всё, конечно, удивительно, — Марату надоело ёрзать на диване и пялиться на меня. — Но давайте поговорим о другом. Командир, как ты смотришь на то, чтобы вернуться в знакомые леса и постараться отыскать ящик? Всё же нам без тебя будет крайне сложно.
— Без меня вам будет не сложно, а невозможно, — отрезал я. Затем покинул кресло, подошёл к сейфу и извлёк невероятно важные на данный момент артефакты. И положил на стол. — Вот, господа дилетанты, полюбуйтесь.
Ксения примостилась между двумя друзьями. Но выхватить ни один из предметов не успела — Марат вцепился в жетон, а Женя в ржавое полотно сапёрной лопатки. И пока они молча офигевали, я прикидывал приблизительный маршрут.
Однозначно возвращаться надо. Ящик, который нацисты заполнили ворованным золотом, — весьма заманчивая цель. Теперь, зная, что эти клоуны искали, зная приблизительное месторасположение, я смогу сориентироваться. Смогу понять, куда бежать и где копать. И чем чёрт не шутит — авось откопаю.
— Невероятно, — прошептал Марат. Он то крутил в руках смертный жетон павшего ефрейтора, то испепелял меня взглядом. — Подтверждение. Подтверждение, что они на самом деле там были… Это то, что мы искали. То, на что надеялись. Где ты его взял?
— На вашем месте, — не стал я отрицать. — В овраге, метрах в десяти от первых тел. Когда вы улетели, я вернулся и пылесосил окрестности, словно десять Маратов Черкасовых.
— Чёрт возьми! — воскликнул Женя. — Получается, нам одного дня не хватило, чтобы его отыскать.
— И здесь я соглашусь, — признал я. — Единственное, что непонятно: почему на останках двух других мы не нашли ничего подтверждающего личность.
— Тоже об этом думал, — кивнул Марат. — Но сейчас это совершенно неважно.
— Действительно?
— Да, неважно. Ведь на том месте ящика нет…
— А ты что — ясновидящий? — усмехнулся я.
— Я ж потому и сказал, когда переступил порог, что не только мы не можем найти, — поморщился Марат. — У нас появились конкуренты, Алексей.
Заявление оказалось крайне любопытным. Потребовать объяснений я, конечно же, планировал.
— Ну и? — поторопил я. — Давай, рассказывай.
— В общем, тут такое дело, — Марат развёл руками. — На следующий день по возвращении в Брянск, Мария Александровна собрала нас в больнице. Велела держать рты на замке и сидеть тише воды ниже травы, пока она не поправится. Но Захару при нас позвонили по телефону и он сказал, что его срочно вызывают в Москву. Он улетел в тот же день, а на день следующий связался с каждым, приказал собирать манатки и выдвигаться в аэропорт, где нас всех ждёт чартер…
— Богато живёте, — присвистнул я.
— Не мы, — отрицательно замотал головой Марат. — А Николай Валерьевич Швец — председатель правления банка Financial Literacy Bank. Он отправил за нами самолёт и велел всем немедленно возвращаться в Москву.
— А это кто такой? Я, кажется, уже слышал это имя… Причём тут он?
— Сейчас расскажу… В это время мы с Женей были в больнице, спорили с Марией Александровной. И тут раздался звонок. Она ни в какую не желала возвращаться. С Захаром ругалась по телефону. Но тот, видимо, передал кому-то трубку. Мария Александровна разговаривала совершенно другим тоном и согласилась. И вечером мы все улетели в Москву.
— Вам выписали люлей? — догадался я.
Быстро обрабатывая поступавшую информацию, я лихорадочно вспоминал, где ранее слышал это имя-отчество. Фамилия была мне незнакома. Но имя я уже слышал. И перебрав в памяти произошедшие недавно события, я вспомнил, что имя это вылетало из уст Артамонова. Эти именем он угрожал Кругловой, а она грозила ему в ответ.