Я тут же достал из закромов боевую экипировку разведчика, переоделся и подогнал всё до идеала. Попрыгал, чтобы убедиться, что ничего звенит, натянул капюшон, захватил GPS-навигатор и рацию.
— Связь держим при помощи рации, — сказал я парням и Ксении. — Ни в коем случае мне не трезвоньте, даже если увидите динозавра. Я сам наберу, когда закончу.
— А что потом?
— Потом и решим. Сначала разведаем обстановку… Всё, я пошёл. Ксюша — за старшего.
Я шутил, конечно. Просто хотел немного развеселить свою помрачневшую команду. Судя по лицам, они сообразили, что шутки закончились, лишь когда увидели меня в боевой экипировке.
Дождь давно закончился, но небо оставалось хмурым. В данный момент времени мои тёмно-зелёные одежды как нельзя кстати подходили для выполнения разведывательного задания на территории, контролируемой противником.
Некоторое время я двигался, никого не опасаясь. Ориентировался по компасу и по карте. Шёл чётко на юг через глубокую чащу, прислушивался к окружающей обстановке через каждые несколько шагов, но слышал лишь как дятел стучит по дереву.
Я пересёк заброшенную, по колено заросшую травой, дорогу и осмотрелся. Ни души. Ни стука топора, ни звука бензопилы, ни радостных воплей, сообщавших о найденном кладе. По-настоящему безлюдные леса.
Я ещё раз сверился с картой и в этот раз шёл медленно, пригибаясь к земле. До обозначенного координатами места оставалось не больше сотни метров.
Мне повезло, что я расслышал посторонние шумы задолго до точки. Замер на месте, когда услышал шум мотора, и рухнул лицом в опавшие иголки. Долго прислушивался и принялся ползти в сторону шума.
Чем ближе я подбирался, тем сильнее казалось, что слышу шум не мотора, а бензинового генератора. Но самое неприятное, что звук, кажется, шёл от места обозначенного координатами.
Минут пять я лежал и думал, стоит ли рисковать. Потом понял, что выбора всё равно нет — нам начинать по-любому придётся отсюда. Надо узнать, что происходит.
Двигался я только ползком. Несколько метров проползу — несколько секунд прислушиваюсь. И так до момента, когда расслышал голоса.
— Та ты задолбал меня, уркаган! — выкрикнул кто-то недовольно.
— Затухни, папаша. Твоя очередь хавку готовить, — ответил кто-то пронзительно-презрительным голосом. Противным таким, будто подростковым.
Недовольный нецензурно выругался. А противный засмеялся в ответ.
Продолжения не последовало. Я выждал с минуту и пополз дальше. Узнал знакомые очертания, заметил даже холмик, спустившись с которого в овраг ранее обнаружил тело Конрада Риттера, и осторожно подобрался к толстому стволу хвойного дерева.
Генератор продолжал работать, помогая скрыть мои действия. Я осторожно выглянул из-за дерева и действительно метрах в пятидесяти увидел стандартный бензиновый генератор литров на двадцать. Его яркая жёлтая окраска привлекала внимание.
Но куда больше внимания привлекал изменившийся ландшафт.
В прошлый раз тут повсюду росли кусты, деревья чуть ли друг к другу не прижимались. Хвойный ковёр и море шишек под ногами.
Сейчас же деревьев стало поменьше, что подтверждали свежие пеньки. Трава скошена. Кое-где видны воронки грязной земли. Обтёсанные брёвна, сложенные в поленницу. Провода протянуты через ветки и исчезавшие в одной из палаток.
Возле грамотно разведённого костра, окружённого камнями, сидели два человека. Один укрылся плащ-палаткой, а второй сидел в тёмно-синей майке. Обоих совершенно не смущало, что в паре десятков метров от них ранее находились могилы немецких солдат.
Генератор тарахтел как ненормальный. Я видел, что те двое чем-то занимаются, обмениваясь репликами. Но ничего не слышал. Потому, ещё раз внимательно осмотревшись и убедившись, что больше свидетелей нет, решил подобраться ближе.
Я немножко поменял направление, чтобы держаться за спинами тех двоих, сполз в уже знакомый овраг, который, судя по воронкам, не только перекопали, но и повзрывали, и заскользил вниз. Увидел выстроенные полукругом вместительные палатки и направился туда.
— Я считаю, бред это всё, — услышал я, когда замер в воронке в десяти метрах от говорившего. Массивный мужик, укрывшийся плащ-палаткой, недовольно жестикулировал. В одной руке он держал нож, в другой — наполовину очищенную картофелину. — Гниём тут как придурки, пока они омаров жрут. А ведь доказательств до сих пор никаких.
— Семёныч, ты не по делу базаришь, — сидевший рядом худощавый мужик сплюнул прямо в костёр. Его плечи и спина, скрытая за майкой, были покрыты татуировками. — Анкер пургу не гонит. Сказал — как сказал. Может, городские попутали… И не тыкай пером во все стороны!