Горячее дыхание обдало лицо. Наши губы соприкоснулись в легком, почти невесомом поцелуе, но этого хватило, чтобы внутри произошел взрыв. Я вмиг забыла обо всех своих желаниях, стараясь сохранить каждую эмоцию.
Я целуюсь с Элиасом, мать вашу, Дэвисом. В Новогоднюю ночь. Под снегопадом.
И до этого мы играли в снежки и танцевали вальс.
От переизбытка счастья хотелось плакать, но это выглядело бы через чур драматично и глупо в данный момент.
Его большой палец ласкал щеку, а левая рука близко прижимала к себе. Целоваться на морозе и правда не самая лучшая идея, но это больше, чем я смела мечтать так скоро.
Где-то над нами послышались громкие хлопки. Я отстранилась, чтобы посмотреть наверх, и тихо засмеялась.
– Салют, – прошептал он, прижимая меня еще крепче.
Глупая улыбка появилась на лице. Я собрала самые лучшие сюжеты для поцелуя, которые могут быть зимой. Видимо, это та самая награда за четыре года нестерпимых ожиданий.
Пока искры один за одним сменяли друг друга, а громыхание не прекращалось, я посмотрела на Элиаса снизу-вверх.
– Я могу это расценивать, как ответное признание?
Желудок сжался в страхе, что это был просто поцелуй ради смеха. Я не видела его способным на подобное, но и не была уверена наверняка.
– Я бы хотел сходить с тобой на свидание. Может, в тот бар с яблочным глинтвейном или покататься на лыжах?
Я обняла Элиаса за шею, не заботясь о том, что от холода вот-вот пойдут сопли. Если согласиться сразу, это выставит меня в плохом свете?
Рот только открылся, чтобы произнести ответ, как за спиной раздался возглас:
– Я говорила, что это работает! – я застонала и повернула голову в сторону открытого окна, где с широкой улыбкой стояла Элиза. – Вэнс, в следующем году ты будешь вещать там записку.
Из груди вырвался смех. Сейчас я как никогда счастлива: моя семья здорова, мне платят стипендию в университете мечты, друзья просто прекрасны и Санта, наконец-то, услышал правильный посыл моих слов, хоть и воплотил все таким образом. Если ради этого стоило прилететь в Швейцарию – я готова повторят такие поездки каждый год.
От смеха Элиас пошатнулся и потянул меня за собой на землю. Довольные и раскрасневшиеся мы приземлились в небольшой сугроб. Снег обжигал голую кожу, а снежинки не прекращали кружится над нами.
– Снег прекрасен, но не тогда, когда он у меня за шиворотом, – болезненно застонал Элиас. Он резко подорвался и принялся отряхивать шею.
– Нам определенно нужен горячий чай, иначе оставшиеся два дня будут совсем не праздничными.
Я с трудом поднялась на ноги. Тело, совсем не привыкшее к такой температуре, отказывалось слушать.
– Пс-с-с, – в дверном проеме показалась голова Вэнса, – мне тут птичка нашептала, что у вас все хорошо. Это правда?
– Допустим, – с прищуром сказал Элиас.
Что-то было не так.
– Тогда чего мы ждем? – прокричал Вэнс и распахнул дверь настежь. В этот момент я поняла, что не так. На нем были только джинсы и бутылка виски в руках. Элиас хотел что-то крикнуть, но он уже упал на землю перед дверью и принялся делать снежного ангела.
– Вэнс! – я с визгом подбежала к нему, намереваясь поднять. – Ты заболеешь, дурак!
Он схватил меня за край куртки и повалил рядом с собой. В этот раз снег попал везде.
– Эй нет, парень. Больше никаких валяний в сугробе, – Элиас помог мне подняться, а после рывком поставил друга на ноги и пошел в сторону шале.
Да, именно об этом я мечтала.
Эпилог
«В первый день Рождества,
Когда ты исполнил все мои желания
Мальчик, ты показал мне такое
Обними меня, пожалуйста, и никогда не отпускай»
© перевод песни Ariana Grande – True love
4 года спустя
– Элиас, ты сказал, что был влюблен в меня!
Я вылезла из его медвежьих объятий и с возмущением уставилась на бессовестную гримасу.