- Пэнси Гринлиф, - сообразил Серфейс.
- Верно. Итак, Фонеблюм получил своего наследника, своих врачей и в придачу молчание Челесты. Возможно, на данном этапе их взаимоотношений это было все, что ему от нее требовалось.
И Кэтрин, и Серфейс вдруг замолчали и слушали, замерев. Я завоевал их внимание, и все, что теперь мне было нужно, - это изложить всю историю до конца. Я надеялся, что не разочарую всех нас.
- Но тут возникла еще одна проблема, - продолжал я, - это Челеста. Она имела привычку убегать вовремя и не очень. В общем, она упаковала свои вещички и ушла от доктора, что поставило и Стенханта, и Фонеблюма в сложное положение. Они столковались и начали нанимать детективов следить за ней, чтобы сохранить их маленький хрупкий треугольник.
- Нас с тобой, - кивнул Серфейс.
- Нас с тобой, - согласился я. - Только Челеста, как выяснилось, выпала из треугольника не насовсем. Когда Стенханта нашли мертвым в номере мотеля, стрелка весов качнулась в другую сторону. У Фонеблюма пропал стимул держаться подальше от Челесты. Она все понимала, и это ее пугало настолько, что она шарахалась от каждого, в ком видела фонеблюмова мордоворота, - от меня в том числе. Когда она поняла, что я действую самостоятельно, она попыталась завербовать меня в качестве охраны, и я клюнул, но на крючок не попался. Черт, как жаль! В ночь, когда она погибла, я напоролся на Тестафера и кенгуру, по приказу Фонеблюма рыскавших по городу в поисках Челесты.
- Челеста Стенхант была убита неизвестным, которого она подцепила в секс-клубе, - перебила меня Кэтрин. - Он изнасиловал ее и убил. Она хотела этого и в конце концов получила.
- Фонеблюм нашел ее той ночью и отплатил за то, что она бросила его, сказал я. - Теперь, когда у него не осталось доктора, его ничего уже не удерживало. А держа в кармане Корнфельда и Отдел, он не боялся возмездия. Я не могу доказать этого, но так оно и было.
- Я начинаю припоминать это Дело, - заявила Кэтрин. - У этой девки-наркоманки был брат. Он приехал из Эл-Эй и убил доктора в отеле. Он так и считается виновным. Остальная часть материала не имеет к делу ни малейшего отношения.
- Ортон Энгьюин не мог бы иметь меньше отношения к делу, даже если бы он никогда не возвращался в город, - возразил я. - Одного я не мог понять - того, что же произошло в мотеле. Это дошло до меня только вчера утром. Я не провел шесть лет, размышляя об этом, но если бы и провел, мог бы так и не найти ответа.
Я ткнул пальцем в Серфейса.
- Мне помогло то, что ты сказал на кухне вчера. Все улики были налицо, и все же мне не помешал последний толчок.
- Боже праведный, Меткалф, - вздохнул Серфейс. - Ну ты и мастак трепаться.
- Вы оба заставили меня мучиться, сравнивая ваши версии, - продолжал я и посмотрел на Кэтрин. - Вы утверждали, что Стенхант встречался в мотеле с любовницей, а ты, - я покосился на Серфейса, - что то же самое делала там Челеста. - Я рассмеялся. - И вы оба были правы наполовину.
- Ну что ж, послушаем, - сказала Кэтрин.
Она явно торопила меня с рассказом. Мои пять минут давно истекли, но я знал, что теперь у меня в распоряжении все время в мире.
- Я понял все. Но сначала я должен немного вернуться назад. В том, как Стенхант и Фонеблюм нанимали частных инквизиторов, имеется последовательность, очень важная для того, чтобы понять суть. Я был первым, и я имел дело со Стенхантом, и все, что он хотел от меня, - это чтобы я нажал на Челесту и заставил ее вернуться домой. Но нанимать громил получалось у Стенханта не важно, и, когда я отказался, он доверил это Фонеблюму. Тот нанял Уолтера. - Я махнул рукой в сторону Серфейса. - Когда он донес Фонеблюму, что у Челесты есть кто-то на стороне, тот предложил Уолтеру большие деньги, чтобы тот вычислил счастливчика и убрал его. Но Уолтер тоже отказался. И остался без работы, так ни разу и не встретившись со Стенхантом. Верно?
Серфейс утвердительно кивнул.
- К этому времени у Фонеблюма начались неприятности на другом фронте. Его сын и протеже стал башкунчиком и сбежал на Телеграф-авеню пить виски и нести чепуху. Фонеблюм не бросал надежды вернуть наследника под свое крылышко - одно время он финансировал проектирование пристройки для башкунчиков на Кренберри-стрит, - но одновременно начал искать нового кандидата на эту роль. И нашел такового в молодом кенгуру по имени Джой Каста. Джой оказался способным учеником.
- Я проверил это на себе, - перебил меня Серфейс. Должно быть, он вспомнил про свои ребра.
- Так вот представьте себе, - продолжал я, - после меня и Серфейса Фонеблюм бросил идею искать помощь на стороне. У него как раз имелся свой стрелок-кенгуру, готовый на все. Фонеблюм дал ему то же поручение, что и Уолтеру: следить за Челестой. Учтите, что кенгуру _никогда на видел раньше Мейнарда Стенханта_. И еще одно поручение: убрать нового ее дружка со сцены.
Я сделал эффектную паузу. Оба не сводили с меня глаз.
- Мейнард Стенхант имел чрезмерное пристрастие к Забывателю - по меркам шестилетней давности. Первый раз, когда я пытался дозвониться ему домой, он даже не вспомнил, кто я такой. Я бы предупредил Энгьюина насчет опасности иметь дело с людьми, страдающими провалами в памяти, но тогда я и сам не задумывался о возможных последствиях этого. На деле и Мейнард, и Челеста имели свидания в "Бэйвью". В одном номере. Друг с другом.
- Уолтер, - обратился я к Серфейсу, - ты видел Стенханта, только не знал об этом. Он и был тот парень, которого ты засек в мотеле. Да, Челеста бросила его, но колебалась, как это бывает. Она согласилась встречаться с ним в мотеле, но его утреннее "я" - то, которое нанимало детективов, - не помнило об этой договоренности.
Серфейс только рот раскрыл.
- Вчера ты сказал мне, что теперь в Эл-Эй запрещено знать, как ты зарабатываешь деньги. Вот тогда до меня и дошло. Стенхант был ранним прототипом этого. Та часть его, что не помнила о встречах с Челестой, отчаянно ревновала ее к тому, с кем она встречалась в "Бэйвью", вот он и попросил Фонеблюма, чтобы тот приказал своим мальчикам пристрелить его. Кенгуру знал, как выглядит Стенхант, не лучше, чем ты, Уолтер. Он просто сделал все, что ему приказали, и убил дружка. Стенхант сам заказал свое убийство.
Я помолчал и дал им время обмозговать это. На лице Кэтрин сменило друг друга несколько разных выражений, по большей части скептических, но в конце концов она была достаточно умна, чтобы притворяться, будто это лишено убедительности. Я видел, что она осознала это, а потом я увидел, как она напоминает себе, что моя карточка лежит у нее в ящике и что за пределы этой комнаты без ее ведома не выйдет никто и ничто. Она быстро пришла в себя - наверное, за эти годы у нее было достаточно возможности попрактиковаться в этом. Да, она изменилась сильнее, чем Барри, или Серфейс, или Тестафер, или кто угодно другой из тех, с кем я имел дело со времени возвращения. Она изменилась так же, как изменились размеры и убранство ее кабинета.
- Интересная история, - произнесла она. - Что вы надеетесь получить?
- Я хочу, чтобы Энгьюина разморозили, - ответил я. - Я устрою вам черт-те что, если вы не сделаете этого.
Она только улыбнулась.