– А начальник вашей смены и вмешиваться бы не стал, – продолжал Фолсом, – просто написал бы в отчете «конфликт на расовой почве». А то и вообще бы без отчета обошелся.
Я сделал выпад вперед, чтобы обмануть его, а сам кинулся вправо, прочь от горящей машины и разгромленных витрин. Не сработало. Фолсом не отшатнулся назад, и когда я рванул мимо него, ударил с размаху по затылку. Ощущение было такое, будто меня огрели половицей. Я свалился прямо на задницу и пялился теперь снизу вверх на рассвирепевшего полицейского чиновника, который вознамерился как минимум хорошенько меня отпинать. Тяжелый ботинок сорок четвертого размера таки шарахнул меня по бедру – потом в этом месте целый месяц не сходил густо-лиловый синяк. Но тут кто-то сзади ударил Фолсома по голове, отчего тот свалился на асфальт.
Это оказался инспектор Неблетт – как всегда, в неудобном форменном кителе. И со старой доброй деревянной дубинкой, какие полиция раньше использовала при разгоне уличных беспорядков. Эти дубинки сняли с производства еще в восьмидесятые, ибо такой штукой убить человека даже проще, чем обухом топора.
– Грант, – рявкнул инспектор, – что, черт возьми, тут творится?
Я, пошатываясь, подошел к Фолсому, лежавшему ничком на тротуаре.
– Вопиющее нарушение общественного порядка, – ответил я, с трудом переворачивая чиновника на бок. Голова еще гудела от его мощного подзатыльника, так что я не особо осторожничал.
– Но с чего бы? – удивился Неблетт. – Ничего ведь не планировалось.
Погромы редко происходят спонтанно. Обычно толпу надо собрать, а затем распалить, но добросовестный инспектор всегда мониторит обстановку в подотчетном районе и может спрогнозировать такие вещи. Особенно если это район, который притягивает дебоширов словно магнитом, – например, Трафальгар-сквер. Я успел измыслить малоубедительную версию, что неизвестный преступник распылил в зрительном зале Королевской оперы психотропный газ. Однако это повлекло бы новые, совсем ненужные вопросы. Не говоря уже о том, что вызвало бы вмешательство военных. Я уже готовился рискнуть и сказать правду, когда Неблетт наконец разглядел, кому это он съездил дубинкой по голове.
– О боже мой! – выдохнул он, опускаясь на корточки и вглядываясь внимательнее.
– Это же заместитель комиссара Фолсом!
Наши взгляды встретились над слабо шевелящимся телом высокого начальника.
– Он вас не видел, сэр, – тихо сказал я. – Если вы сейчас вызовете «Скорую», он покинет место преступления до того, как придет в сознание. Начались уличные беспорядки, на него напали, а вы его спасли.
– А вы?
– А я надежный свидетель вашего своевременного вмешательства, – ответил я.
Неблетт скользнул по мне жестким взглядом.
– Я ошибся в вас, Грант, – покачал он головой. – У вас есть задатки настоящего полицейского.
– Благодарю, сэр, – сказал я и огляделся. Погромщики двинулись дальше, по Флорал-стрит, и направлялись, видимо, к площади Церкви актеров.
– А где же Территориальная группа? – спросил я.
Территориальная группа быстрого реагирования – это те самые парни, которые ездят в микроавтобусах «Мерседес Спринтер», нагруженных всякой всячиной, от защитных шлемов до тазеров. Каждый округ патрулирует парочка таких микроавтобусов, особенно в позднее время, плюс еще есть резервная группа, которая всегда находится в полной готовности на случай непредвиденных обстоятельств. Я решил, что у нас как раз непредвиденные.
– Они разместились на Лонг-Акр и Рассел-стрит, – ответил Неблетт. – Похоже, Главное управление хочет, чтобы они оцепили Ковент-Гарден.
Со стороны храмовой площади долетел звон бьющегося стекла, затем резкий хохот.
– А теперь что там делается? – спросил Неблетт.
– Думаю, громят рынок, – ответил я.
– Можете вызвать «Скорую»?
– Нет, сэр, у меня приказ арестовать зачинщика.
Когда взрывается коктейль Молотова, раздается очень характерный звук. Если устройство собрано правильно, вначале вы услышите дзынь, потом бум, потом пшшш. На этой стадии бензин уже загорелся, и, если ничего не предпринять, можно погибнуть. Я помню это по Хендону – там перед выпуском нужно целый день развлекаться, уворачиваясь от таких штук, летящих в вас. Вот почему мы с Неблеттом машинально пригнулись, услышав, как один такой снаряд приземлился метрах в пятнадцати от нас, на парковке.
– Вроде уходят, – заметил Неблетт.
К югу от нас толпа погромщиков собралась на перекрестке Кальверхэй и Боу-стрит. Позади них бушевало пламя, отражаясь в синих шлемах и серых щитах группы быстрого реагирования.