– Я очень хочу познакомиться с твоими друзьями и мамой, – сказала Симона, – буду паинькой, честно.
Я подошел, наклонился и поцеловал ее. Она обняла меня, крепко прижалась, и я подумал: а, ладно, все равно они когда-нибудь узнают! И пообещал взять ее с собой.
Оторвавшись от моих губ, Симона откинулась обратно на кровать.
– Ну, вот, другое дело, – улыбнулась она и приложила ладонь к голове, в шутку отдавая честь. – Идите, констебль, вас ждет служба, а я буду томиться в одиночестве до следующей встречи.
Ливень перешел в мелкую морось, которую истинные лондонцы и за дождь-то не считают. Но, плюхая по лужам, я все равно тормознул кеб, чтобы доехать до Безумства. Там Молли как раз подавала на стол пирог с говядиной и почками, а к нему жареную картошку, пареный горох и морковь.
– Она всегда так, когда я болею, – пояснил Найтингейл. – А на завтрак наверняка будет черный пудинг. Полезно для крови.
Ужинали мы в так называемой Отдельной столовой, по соседству с общей библиотекой на первом этаже. Общая столовая могла вместить человек шестьдесят, и мы никогда ею не пользовались – а то Молли еще взбредет в голову накрыть там все столы. Однако и я, и Найтингейл переоделись к ужину: у нас обоих есть определенные стандарты, и сегодня днем один из нас очень старался не уронить свой.
Эмпирическим путем я выяснил, что, если Молли подала пирог с говядиной и почками, резать его можно только после того, как рассеется адски горячий пар, а начинка перестанет прожигать тарелку насквозь.
Найтенгейл проглотил пару таблеток, запил водой и поинтересовался, как идет расследование.
– Какое именно? – спросил я.
– Во-первых, дело джазменов.
Я рассказал все, что выяснил о бомбардировке «Кафе де Пари», и сообщил, что ищу Пегги да и Шерри тоже.
– Так вы считаете, их несколько, – задумчиво сказал наставник, – этих, как вы их назвали?
– Джазовых вампиров, – подсказал я. – Но не думаю, что они именно питаются музыкой. Это, как мне кажется, лишь побочный эффект вроде шума, который издает генератор, вырабатывая тепло.
– Tactus disvitae, – кивнул Найтингейл. – Новый вид вампиров, а? Вольфе бы оценил.
Пирог остыл уже достаточно, можно было резать. Полдня в постели Симоны сделали свое дело, и я умирал с голоду. По словам Найтингейла, Молли всегда добавляла в такой пирог бычью печень, неукоснительно следуя старинному рецепту.
– Почему Молли никогда не ходит в магазин за продуктами? – полюбопытствовал я.
– А почему вы спрашиваете?
– Потому что она не такая, как мы, – сказал я, – а ближе к джазовым вампирам и Бледной Леди. Но, в отличие от них, ее мы можем изучать.
Найтингейл дожевал, проглотил и вытер губы салфеткой.
– Бледная Леди?
– Это Эш придумал.
– Интересное прозвище, – сказал Найтингейл. – А что касается продуктов, их всегда доставляют прямо сюда, насколько я знаю.
– Она их заказывает по интернету?
– О боже, нет, конечно, – усмехнулся наставник, – просто есть организации, работающие по традиционным старым правилам. Их сотрудники все еще в состоянии прочесть заказ, написанный от руки на листке бумаги.
– А сможет она отсюда уйти, если захочет?
– Она не пленница и не рабыня, если вы об этом.
– То есть она хоть завтра может взять и уйти?
– Если пожелает.
– Что же ее останавливает?
– Страх, – ответил Найтингейл. – Думаю, она боится того, что снаружи, за этими стенами.
– Что же за ними такого страшного?
– Не знаю, – пожал плечами наставник, – а она не скажет.
– Но наверняка догадываетесь?
Он снова пожал плечами:
– Там есть другие существа, подобные ей.
– Существа?
– Или люди, если вам так больше нравится, – сказал Найтингейл. – Люди, которые, как Молли, не похожи ни на вас, ни на меня, ни даже на genii locorum. Они либо сами изменились под действием магии, либо унаследовали измененные признаки от предков. Насколько мне известно, в том и другом случае они становятся несколько… неполноценными.
Найтингейл, хоть и представляет собой настоящий пережиток ушедшей эпохи, уже привык подбирать более-менее современные слова, когда разговаривает со мной. Я понял это, почитав старые книги: там отрицательные прилагательные чаще всего имеют префикс «противу»: противуестественный, противуприродный. На втором месте определения с приставкой «недо». Однако в данном случае по смыслу было ясно, что «неполноценные» существа вроде Молли не могут защититься от угнетения и насилия со стороны своих более сильных собратьев по магической природе. А также со стороны магов, лишенных моральных принципов. Или, говоря словами Найтингейла, самых что ни на есть черных.