– Сотрудник бюро не должен оставлять о себе такое впечатление.
– Да какая разница, что он подумает, этот Киттредж! Вы где остановились?
– В «Холидей Инн», – ответила Рейнолдс и, глянув на магнитный пропуск, который извлекла из кармана, добавила: – Это на Эрлз-Корт.
– Вы на машине?
– Да, взяла напрокат.
Ну разумеется, иначе как бы она за мной следила?
– Не боитесь садиться за руль в такой снегопад?
Мой вопрос ее здорово развеселил.
– Это, – сказала она, отсмеявшись, – не снегопад. У меня на родине снегопад – это когда вы утром не можете отыскать свою машину.
Меня очень мучил соблазн высадить Зака у ночлежки «Тернинг Пойнт» или даже упечь обратно в Белгравию. И я бы поддался, если б был уверен, что он не станет болтать лишнего. В итоге махнул рукой и повез его в Безумство. Несмотря на холод, ехать пришлось с опущенными стеклами: только так можно было победить вонь, исходящую от сумки. В какой-то момент я почти решил притормозить и заставить его открыть сумку, дабы убедиться, что там не человеческие органы.
– Куда ты меня, на хрен, приволок? – вопросил Зак, когда я подъехал и припарковался рядом с «Ягуаром». – Ух ты, это чья такая?
– Моего начальника, – отозвался я, – а ты не смей на нее даже смотреть.
– Это же «Марк два»?
– Да, и ты все еще пялишься, хотя я запретил.
Неохотно оторвав взгляд от машины, Зак проследовал за мной к выходу из каретного сарая и через двор, к черному входу в особняк.
Сначала я подумывал пустить его к себе в каморку, но отказался от этой мысли, представив, что будет, если оставить его наедине с портативной техникой общей стоимостью в шесть штук моих кровных фунтов стерлингов.
Поэтому, открыв дверь, я пропустил Зака вперед, внимательно наблюдая, как он переступает порог. Найтингейл говорил, магическая защитная система Безумства с некоторыми посетителями «ведет себя враждебно». Но к Заку это, похоже, не относилось.
Холл нашего черного входа – это просто небольшой коридор, стены которого украшают многочисленные медные крючки для шапок – зюйдвесток, дождевиков, накидок с капюшонами и прочей допотопной экипировки.
– Странная, однако, кутузка. В жизни такой не видел, – заметил Зак.
Как только мы вошли в главный атриум, Молли выплыла нам навстречу своей бесшумной скользящей походкой. Это выглядело бы весьма зловеще, если бы не Тоби, который с радостным тявканьем скакал вокруг нее, цепляясь когтями передних лап за юбку. Но тем не менее Зак, увидев ее, шустро спрятался у меня за спиной.
– Кто это? – прошептал он.
– Это Молли, – ответил я. – Молли, это Зак, он у нас переночует. Можно выделить ему комнату рядом с моей?
Молли ответила долгим пристальным взглядом. Потом склонила голову набок, в точности как пес Зигги, развернулась и заскользила назад к парадной лестнице. Стелить гостю постель – а может, точить разделочные ножи. С ней никогда не знаешь наверняка.
Тоби умолк и теперь крутился под ногами у Зака, который направился к подиуму, где у нас стоит Книга, раскрытая на титульном листе. Ну, не сама Книга, а ее копия – очень качественная, восемнадцатого века.
– Philosophiae Naturalis Principia Artes Magicis, – прочитал Зак, абсолютно безграмотно смягчая «с» в principia и magicis. Плиний Старший, если б услышал, пришел бы в ярость. Найтингейла, во всяком случае, это раздражало.
– Да ты охренел! Издеваешься, что ли? – завопил вдруг мой гость, развернувшись и наставив на меня указательный палец. – Ты не можешь быть отсюда, ты… ты же из простых! А это Безумство, здесь живут одни лощеные богачи да всякая нечисть.
– Ну, что сказать, – пожал я плечами, – времена меняются, уровень падает.
– Чертовы исааковцы, это ж надо, – вздохнул Зак. – Нет, надо было рискнуть, вдруг бы я свалил от Ноланов.
Любопытно, подумал я, знает ли Найтингейл, что у нас есть прозвище. А еще любопытнее, откуда субъект вроде Закари Палмера может знать, что оно означает.
– А ты-то сам кто такой? – спросил я. Попытка не пытка.
– Мой папа был из народа фей, – ответил Зак. – И поверь, это означает не гламурного красавчика в обтягивающих шмотках, а кое-что другое.
Среда
10. Рассел-сквер
Утром меня разбудил дикий вопль. Не успев толком проснуться, я скатился с кровати, схватил дубинку и выскочил в коридор. Сказались ночи, проведенные в страхе, что Молли внезапно нагрянет. Было очень рано и еще темно, так что первым делом я включил в коридоре свет. И стоял там в одних трусах, коченея на зимнем сквозняке. Подумал уже, что просто приснился кошмар, но тут соседняя дверь распахнулась и в коридор вылетел Зак. На нем тоже были только трусы, фиолетовые боксеры. Он отчаянно и громко матерился. Заметил меня и сунул прямо под нос какую-то штуковину.