Лицо Скай исказилось, когда она подумала об этом.
«Весёлая музыка», — сказала она и указала вверх. «На вершине».
Скайгарден когда-то был известен как место расположения Sanction FM, пиратской радиостанции, которую я слушал в подростковом возрасте, хотя сигнал то появлялся, то пропадал. По крайней мере два диджея Sanction впоследствии добились большого успеха в мейнстриме — один из них теперь вёл двухчасовой эфир на Radio IXtra. Но я не думал, что Скай слушает её на своём FM-радио. Я пытался объяснить ей, что за музыку она слышала, но то, что она описала, могло быть отдалённой вечеринкой или ветром, обдувающим странные углы башни.
Скай упал с плеч Оберона и театрально растянулся на спине. Я терял связь со свидетелем, и, хотя я никогда не проходила обучение, я знаю, что допросы детей или свидетелей с задержкой умственного развития могут длиться днями. Потому что, как только они перестают с тобой разговаривать, они действительно перестают с тобой разговаривать. Я спросила, видела ли она что-нибудь, что происходило внизу башни.
«Грузовики», — сказала она.
«Вы видели грузовики?»
«Много грузовиков», — сказала она и вздохнула.
«Когда вы увидели грузовики?»
«Несколько дней назад», — сказала она.
«Сколько дней назад?» — спросил я.
«Было холодно», — сказала она, и это могло произойти в любой момент за последние четыре месяца. «А теперь я пойду играть». Скай одним плавным движением вскочила на ноги и исчезла прежде, чем я успел открыть рот. Ники вскрикнула и, уперев колено мне между лопаток, бросилась в погоню.
«А какая-нибудь польза?» — спросила Беверли.
«Не знаю», — сказал я и поднялся на ноги. «Возможно, мне придётся поговорить с ней ещё раз».
«Один из нас, — Эффра указала на себя и Оберона, — должен быть рядом».
«Да почему же так?»
«Ее нельзя допрашивать без присутствия ответственного взрослого», — сказала Эффра.
«Эти платаны посадили в 1970-х», — сказал я. «Она старше меня».
«А весной она уже некомпетентна, чтобы ее допрашивали», — сказала Эффра.
«Возможно, мне следует позвонить в социальные службы», — сказал я.
«Не говори глупостей», — сказала Эффра. «Как думаешь, у неё есть свидетельство о рождении?»
«Нельзя совмещать всё, Эффра, — сказал я. — Нельзя иметь защиту от закона, а потом притворяться, что её не существует, когда тебе это удобно».
«Технически это возможно», — сказал Эффра. «Права человека не зависят от поведения отдельного человека».
Это не тот аргумент, который стоит использовать с полицией, но прежде чем я успел высказать традиционное опровержение, основанное на противоречиях между понятиями гражданства и тем фактом, что в морге лежало тело, подожжённое изнутри, и вы не хотите поговорить о моём праве не быть размозженным русской ведьмой-психопаткой? И в любом случае, я не видел, чтобы ваша семья помогала с уборкой на днях, — Оберон заговорил.
«Вы должны следовать духу закона, — сказал он. — В данном случае у неё разум ребёнка, и какой негодяй воспользуется её невинностью, чтобы добиться своего, пусть даже и благородного, дела?»
У меня не было контраргументов, хотя я почти уверен, что у Лесли они были бы, поэтому я поднялся на ноги, стараясь сохранить как можно больше достоинства. Беверли подошла ко мне и сказала, что я могу быть полезен и проводить её до машины. Пока мы шли к Уолворт-роуд, Ники и Скай по очереди подкрадывались к нам сзади и издавали уморительные пукающие звуки.
«Скай всегда такой ребячливый?» — спросил я.
«Нет, — сказала она, — это всего лишь весна. Летом она ходит по клубам, а осенью посещает вечерние занятия».
«А зимой?»
«Зимой она сворачивается калачиком вокруг хорошей книги и мечтает отогнать холод».
«А где же она тогда это делает?»
«Есть вопросы, которые задавать невежливо, — сказала она. — А есть вопросы, которые не стоит задавать, если вы не уверены, что хотите получить ответ».
Мы добрались до ее машины, которая оказалась еще одним двухместным Mini Roadster, немного похожим на тот, что сгорел в Ковент-Гардене, только с гудящим 2-литровым дизельным двигателем и выкрашенным в пожарно-красный цвет.
«Что у тебя с Мини?» — спросил я.
«Долина Темзы», — сказала она, садясь в машину. «Здесь не только коттеджи и университеты, знаешь ли. Ещё осталась кое-какая промышленность». Затем она откинула дреды через плечо и уехала.
Когда она благополучно скрылась из виду, я позвонил Лесли.
«Думаю, пора проверить подвал», — сказал я. «Возьми сумку с собой».
Лесли встретила нас с Тоби в лифтовом вестибюле цокольного этажа. Я рассказал ей о Скай, лесной нимфе. Похоже, внешность Беверли показалась ей забавной.