Третья квартира, ответа нет, и когда я заглянул в почтовый ящик, то обнаружил, что внутри установлен защитный короб, который загораживал обзор. Я не мог понять, есть ли кто-то в квартире, поэтому выбил замок и прорвался внутрь. У меня и так тревожный сон, без того, чтобы они вытаскивали тело из-под завалов и утешали меня словами: «Ну, вы же не могли знать».
В квартире никого не было, но теперь я, по крайней мере, знала.
А еще у них в холодильнике было несколько банок колы, одну из которых я стащил.
«Уходи!» — крикнул Джейк, как только я позвонила в дверь. Судя по звукам, он был в коридоре, и, кажется, ждал там только для того, чтобы сказать мне, чтобы я убиралась.
«Джейк, — сказал я. — Здание сейчас взорвётся».
Он открыл дверь с цепочкой и пристально посмотрел на меня через щель.
«Я мог бы и догадаться», — выплюнул он. «Блогтавист — ха. А вы что, из Особого отдела?»
«Я из Управления по борьбе с крупным мошенничеством», — ответил я, потому что работаю в небольшом отделе, который занимается магией, и это часто вызывает больше вопросов, чем я успеваю ответить. «Мы расследуем деятельность разработчиков».
«Они ли стоят за этой угрозой взрыва?»
«Это не угроза взрыва», — сказал я. «Я видел бомбы, они настоящие, и если вы не уйдёте сейчас, велика вероятность, что вы погибнете».
«Я не могу покинуть свой сад», — медленно произнес он.
«Джейк, — сказал я, — ты нам нужен... как свидетель против окружной полиции, среди прочих, и если ты умрёшь, они победят. И тогда какого хрена ты работал?»
Сколько?
Двадцать секунд на раздумья, тридцать секунд на то, чтобы снять цепочку с двери и выйти на дорожку. Ещё шестьдесят, чтобы добраться до аварийной лестницы.
Сколько?
Последние два пролёта лестницы на двадцать девятом этаже, где я обнаружил, что на каждой квартире стоит печать окружной полиции, — эвакуировать было некого. Я уже собирался начать достойный, но, надеюсь, быстрый спуск, когда заметил, что бронированные двери, блокирующие лестницу на крышу, распахнуты.
Сколько?
Достаточно долго, чтобы внизу развернулось всё великолепие и многоцветие реакции на крупный инцидент. Золотые, Серебряные и Бронзовые командиры плодились, словно лягушки, в концентрических кругах вокруг Скайгардена.
Я поднялся по последним пролетам лестницы, потому что мне нужно было убедиться.
Там меня ждал Безликий — мерзавец.
Ещё один хороший тёмно-синий костюм, алый галстук и носовой платок в тон. По-моему, он даже не утруждал себя маскировкой, а его загорелая безликая маска тревожно напомнила мне маску Лесли.
Он стоял, прислонившись к перилам, с тем же напускным безразличием, что и в прошлую нашу встречу. Хорошо, подумал я. Он не собирается взрывать здание, находясь на его крыше.
С надеждой.
Я направился к нему, но слегка свернул влево, чтобы оказаться ближе к бетонному цилиндру, скрывавшему Штатдкрону . Я подумал, что он может послужить полезным укрытием в случае чрезвычайной ситуации.
Я был уже в шести метрах, когда он лениво поднял руку, давая понять, что мне следует остановиться. Я сделал пару лишних шагов просто из принципа. К тому же, это приблизило меня к цилиндру.
«Я должен спросить», — сказал я. «Что с маской? Кого ты ожидал здесь встретить?»
«Твой хозяин, — сказал Безликий. — Или ты называешь его своим господином?»
«Ну ладно», — сказал я, подойдя на пару шагов ближе к обложке. «А плащ ты не рассматривала? Плащ тебе бы очень к лицу. Можешь добавить ещё и оперную шляпу».
«Очень смешно, — сказал он. — Но я здесь не ходячий анахронизм».
«Он скоро будет здесь», — сказал я. «Ты знаешь, что он расправился с твоей русской ведьмой?»
«Я слышал», — сказал он. «Очень впечатляет».
«Она такая: „О нет, не надо“, а он такой — бац! И это всё, что она написала».
«У вас есть радио?»
'Что?'
«Рация», — сказал Безликий. «Средство связи с начальством».
Я показал ему свой эфир.
«Вы планируете сдаться?» — спросил я.
«Вряд ли», — сказал он. «Я хочу знать, эвакуировали ли здание». Он похлопал по карману куртки. «Прежде чем я запущу фейерверк».
Я включил радиостанцию и запросил МС 1, дежурного инспектора Уолворта.
Несколько секунд тишины, а затем ответ: «MS 1 принимает». Затем другой голос: «Продолжайте». Пожилая женщина со старомодным акцентом эстуария и очень самоуверенной манерой говорить — мне чертовски нравился звук этого голоса.