Мы сели за один из лабораторных столов, друг напротив друга. Найтингейл положил на середину предмет, с которым предполагалось работать, – небольшое яблоко.
– Импелло, – произнес он, и яблоко поднялось в воздух. Оно повисло над столом, медленно вращаясь вокруг своей оси. Я покрутил головой в поисках проводов, или веревки, или еще чего-то подобного. Потом ткнул яблоко пальцем – оно держалось как приклеенное и не сдвинулось ни на миллиметр.
– Все понятно?
Я кивнул, и наставник достал корзину яблок – самую настоящую, плетеную и с салфеткой. Второе яблоко он положил передо мной. Я сообразил, что будет дальше. Он заставил яблоко подняться в воздух и произнес форму. Я сосредоточился на своем яблоке и тоже сказал «Импелло».
И даже не особо удивился отсутствию эффекта.
– Потом станет легче, – сказал Найтингейл. – Но далеко не сразу.
Я глянул на корзину.
– А зачем так много яблок?
– Они имеют обыкновение взрываться, – ответил Найтингейл.
На следующее утро я пошел и купил трое пластиковых защитных очков и толстый лабораторный фартук. Насчет того, что яблоки взрываются, Найтингейл не шутил, и я весь день дышал ароматом яблочного сока и счищал с одежды зернышки и хвостики. Я спросил Найтингейла, почему нельзя тренироваться на более прочных объектах типа шарикоподшипников, и он ответил, что магия требует абсолютной концентрации с самых первых шагов.
– Молодежь всегда стремится использовать грубую силу, – сказал он. – Это как учиться стрелять из ружья: поскольку стрельба несет потенциальный риск для жизни, необходимо отрабатывать безопасность, точность и скорость – именно в таком порядке.
При первом подходе мы извели огромное количество яблок. Мне удавалось поднять их в воздух, но рано или поздно – хрясь! Сначала это было забавно, но очень быстро наскучило. После недели тренировок девять из десяти яблок у меня уже поднимались в воздух не взрываясь. Но счастливым и довольным я себя не чувствовал.
Беспокоил меня вот какой вопрос: откуда берется эта сила? В электротехнике я никогда особо не разбирался, поэтому не знал, какое количество силы нужно для формирования шара-светлячка. Но чтобы заставить одно яблоко преодолеть земное притяжение, явно нужен по крайней мере один ньютон силы и расходоваться будет как минимум один джоуль энергии в секунду. Законы термодинамики на этот счет ужасно строги и гласят, что из ничего ничего и не получится. Соответственно, откуда-то этот джоуль энергии должен взяться – но откуда? Неужели из моего мозга?
– Стало быть, это что-то вроде телепатии, – сказала Лесли во время очередного визита в мой каретный сарай. Официально она приходила держать связь по нашему общему делу, истинной же причиной были спутниковое телевидение, вкусняшки и нереализованное сексуальное влечение. По делу, кстати, ничего больше не накопали, разве что была пара беспорядков, случившихся, по неподтвержденным данным, в то же время.
– Ну, помнишь чувака из шоу, который перемещал предметы силой мысли?
– Да это вообще не так ощущается, – сказал я. – Понимаешь, у меня в голове возникает некий образ, который воздействует на что-то, и на выходе получается какое-то действие. Вот ты знаешь, что такое терменвокс?
– Такой мудреный музыкальный инструмент с антеннами, да?
– Именно, – сказал я. – Штука в том, что это единственный инструмент, на котором играют не прикасаясь. Ты двигаешь руками возле антенн, и получается звук. Движения совершенно произвольные, но играть ты сможешь, только когда научишься соотносить определенное движение рук с конкретной нотой.
– А Найтингейл что говорит?
– Говорит, что если бы я меньше отвлекался, то не ходил бы вечно в ошметках яблок.
В конце марта часы переводят на час вперед: в Великобритании наступает летнее время. В этот день я проснулся довольно поздно. В Безумстве царила непривычная пустота. В утренней столовой меня не ждал привычный фуршет, и стулья были задвинуты под столы. Найтингейла я обнаружил в одном из мягких кресел на балконе второго этажа. Он читал вчерашний «Телеграф».
– Дело в переводе часов, – сказал он. – Дважды в год она берет выходной.
– И куда девается?
– Думаю, остается у себя в комнате, – ответил он, кивком указав наверх.
– Мы куда-то едем? – спросил я, поскольку Найтингейл был одет в спортивную куртку поверх свитера аранской вязки с широким горлом. Перчатки для вождения и ключи от «Ягуара» лежали на столике рядом.