– Что вам угодно, капитан? – спросил де Вейль. Голос у него был высокий и звучал как будто издалека, а вокруг его силуэта скорее ощущались, нежели угадывались предметы обстановки: стол, стул, книжный шкаф. Поговаривали, что у него был особый, отдельный кабинет для «дознания», где он допрашивал свидетелей и обвиняемых женского пола.
– Мне нужен ордер на арест, – ответил Найтингейл.
– На обычных условиях? – уточнил полковник.
– Разумеется, – кивнул Найтингейл. Достал из кармана пиджака свиток из тяжелой плотной бумаги и предъявил его де Вейлю. Тот протянул прозрачную руку и взял документ. Вроде бы абсолютно непринужденно, но я догадывался, что перемещение материального объекта не прошло де Вейлю даром. Законы термодинамики на этот счет ужасно строги: никому и ничего не достается просто так.
– Кто же тот негодяй, которого нужно схватить? – поинтересовался де Вейль, отложив свиток на призрачный стол.
– Генри Пайк, ваша честь, – ответил Найтингейл, – действует под именем Панча, известного также как Пульчинелла.
Глаза призрака снова сверкнули, губы изогнулись в улыбке.
– С каких пор мы лишаем свободы кукол, капитан?
– Это скорее кукольник, ваша милость, – ответил Найтингейл.
– В чем его вина?
– Он убил свою жену и ребенка.
Де Вейль покачал головой.
– Сварливая была? – спросил он.
– Простите, ваша милость?
– Бросьте, капитан, – поморщился де Вейль. – Муж не станет бить жену, если его не допечь. Так сварливая она была?
Найтингейл в замешательстве промолчал.
– Ужасно сварливая, – вмешался я, – прошу прощения, ваша милость. – Но невинное дитя жаль.
– Злоязычная женщина порой доводит мужчину до таких вещей, что и сказать страшно, – кивнул де Вейль. – По себе знаю.
С этими словами он подмигнул. «Отлично, – подумал я, – это зрелище я не скоро забуду».
– Но за смерть невинного младенца он и верно должен быть арестован и предан суду.
В призрачной руке де Вейля возникло перо. Широким росчерком он подписал ордер.
– Надеюсь, вы не забыли о залоге?
– Все формальности возьмет на себя наш констебль, – сказал Найтингейл.
«Вот так новость», – подумал я. Взглянул на наставника, тот сделал знак – раскрыл правую ладонь в движении Люкс. Я кивнул – мол, понял.
Де Вейль демонстративно подул на чернила, а когда они просохли, свернул документ трубочкой и передал Найтингейлу.
– Благодарю вас, ваша милость, – сказал он и добавил, обращаясь ко мне: – Прошу вас, констебль, без спешки.
Я зажег «светлячка» и направил к де Вейлю. Тот мягко поймал его ладонью, сложенной чашечкой. Заклинание я еще держал, но шар начал стремительно тускнеть: де Вейль впитывал его магическую энергию. Я продолжал держать еще около минуты, потом Найтингейл шевельнул пальцами, словно разрезал ножницами нить. Я отпустил заклинание. Шар погас, и де Вейль, вздохнув, благодарно кивнул мне.
– Жаль, маловато, – разочарованно произнес он и исчез.
Найтингейл протянул мне свиток.
– Вот ваше официальное разрешение, – объявил он.
Я развернул листок. Как я и думал, он оказался абсолютно чист.
– А теперь пойдемте и арестуем Генри Пайка, – добавил наставник.
Когда мы отошли от склада достаточно далеко, я вставил в гарнитуру батарейку и позвонил Лесли.
– Не волнуйся, с нами все в порядке, – сказал я. – Ждем тебя с нетерпением, так что давай подключайся.
В трубке помимо голоса Лесли слышались голоса, звон стаканов и последний хит Дасти Смола. Но сострадания я не испытывал – она находилась в пабе. Я сказал, что пора бы ей вместе с группой быстрого реагирования быть наготове.
Работа полицейских всегда предполагает строгий порядок, жесткий регламент и четкое планирование. Даже если преступник – сверхъестественное существо. Когда мы, то есть я, Найтингейл, Сивелл, Стефанопулос и Лесли, прорабатывали детали операции, это заняло не больше четверти часа. Потому что каждый шаг укладывался в стандартную схему: идентификация, обнаружение, преследование и задержание. Моей задачей было идентифицировать последнюю жертву Генри Пайка. Найтингейл с помощью своего магического мастерства собирался проследить путь духа и обнаружить его могилу. Подчиненные Сивелла должны были обеспечивать силовую поддержку, если что-то пойдет не так. Доктор Валид ждал с бригадой «Скорой» в реанимобиле, на случай если у какого-нибудь бедолаги развалится лицо. В то же время сержант Стефанопулос, заплатив бригаде строителей полуторную ставку, готовилась выехать на место захоронения с ними и, как позже выяснилось, мини-экскаватором. В случае обнаружения могилы она должна была руководить раскопками. Ей подчинялась и еще одна группа: целый фургон копов в форме. Их делом было сдерживать зевак, если вдруг окажется, что могила Генри Пайка некстати находится там, где очень людно: под пабом там или под кинотеатром. Официально всей операцией руководил Сивелл, и уж наверняка это тешило его самолюбие.