Им-то хорошо, они нашли себе жён и девушек под свой рост и формат. Вот прям как по заказу. Глеб — любитель стройных натуральных блондинок, вот его Ксанка такая. Игорь предпочитает пухленьких рыжуль, а Боня больше по брюнеткам с голубыми глазами. И всем подвезло. Один я попался на Иларьку.
— Это тебе ответочка. Ты слишком часто смеялся над ростом и табуреткой. Да и над той девчонкой прикалывался. Вот тебе и прилетело, — засмеялись они, весело им.
— А как её звали? Имя такое странное было, не вспомню.
— Да, заумное, — Богдан аж лоб нахмурил, пытаясь вспомнить. — Аполлинария, что ли.
— Илария, её звали Илария, — буркнул нехотя. Сейчас начнутся упражнения в юморе за мой счёт.
— Да ладно!.. Это что, она и есть? — раздался громкий возглас Игоря, и следом взрыв хохота. Даже отец Глеба засмеялся.
— Это тебе точно ответочка. А девчонка-то не особо и влюблена в тебя. Не заметил я страстных взглядов в твой адрес. Вообще никаких не заметил, «коллега».
— Точно! Ты врал тогда, наверное. Напридумывал воздыхательницу, а мы и уши развесили, — со смешком Боня направился к мангалу принимать решётку с готовыми овощами.
— Смейтесь-смейтесь, потом и я по случаю вам всё припомню.
— Слушай, а про коллегу она серьёзно?
— Ну… в целом, да. Она внештатник в фирме.
— А зачем ты её привёз? — спросил Игорь.
— Захотелось.
— А-а-а-а-а, ну раз захотелось…
— А она, интересно, зачем поехала? — задумчиво протянул Боня, перекладывая овощи с решётки в большую тарелку.
— Из-за клиента. — Я мог бы и соврать, но смысл? — Я ей пригрозил, что если не поедет со мной, то в понедельник новый заказ отдам Семёну Аркадиевичу.
— Офигеть, наш мачо затягивает девушку на пикник шантажом. То есть без клиента она бы с тобой не поехала?
Я лишь пожал плечами. Откуда же я знаю, что у этой девчонки в голове.
— Я её ещё больше уважаю! Кремень девица. И руку жмёт, не боясь, и от Матвейки нашего не тает. Надо ей парня подыскать хорошего среди знакомых, если нет у неё ещё, — Глеб просиял улыбкой так, что захотелось подправить ему прикус хуком справа.
— Сам разберусь, — буркнул я и отошёл к мангалу. — Надоели своими тупыми шуточками.
— Мясо закладываем и зовём наших дам к столу, — скомандовал отец Глеба.
Время пролетело быстро — в весёлой-то компании. Иларька влилась в общество, смеялась и наворачивала шашлыки. Вино особо не пила, а вот сок гранатовый неразбавленным тянула не морщась. У меня от такой кислятины зубы сводит, а она прям с удовольствием пьёт.
К вечеру мы все вместе прогулялись к заливу. Прошлись вдоль берега, покидали в воду камешки. Хорошо вот так отдыхать. Благодать и тишина. Соснами пахнет и йодом. Под кроссовками скрипит влажный песок. Солнце потихоньку закатывается в море.
Мы остановились с Игорем и Ксанкой возле большой коряги и разговорились про машины и новые штрафы. Оксанка давно за рулём, она отличный водитель. Совсем не как обезьяна с гранатой. Иларька чуть отстала, высматривая ракушки в песке, и не заметила, что мы остановились. Врезалась мне в спину аккурат между лопатками. Видимо, носом. И тут же попыталась обойти меня, но я рукой прижал её к своему боку. Дёрнулась разочек, но потом перестала. Обвила руками меня за пояс, упёрлась щекой в предплечье и замерла, слушая наш разговор, но не встревая.
— Илария, а у тебя права есть? — Оксана решила всех вовлечь в разговор.
— Нет. Из меня плохой водитель. Я право и лево путаю. До педалей не достаю. И вообще, как сказал Матвей, я слепая курица, куда мне за руль, — с улыбкой проговорила эта ехидна, выглядывая из-за моего плеча.
Ну надо же, запомнила, как я её назвал в нашу первую встречу, и не преминула уколоть. Язва!
— Мэт, ты такое сказал? Ну ты и свинья! Никак от тебя такого не ожидала! — Ксанка была возмущена до глубины души.
Тут же на её громкий окрик к нам подтянулись Глеб и Боня с Кариной. Ну всё, сейчас начнётся избиение младенцев.
— Зато весёлая парочка получается: курица да свинья, целая ферма, — шутка Игоря так себе, но все рассмеялись. В хорошей компании весело и без особого повода.
Поздно вечером мы разбрелись по комнатам. Таня ещё раньше ушла спать. Игорь с Кариной заняли диван в гостиной. Мы с Ларькой поднялись в мансарду.