Интересно, думает девушка. И когда она перестала бояться инопланетян? Они выглядят менее опасно, чем прошлые знакомые, но источают неприятную энергию хаоса.
Рыжий хвост то и дело касался плеча брюнета, а тот раздражался. — Можешь стоять спокойно? — Недовольно пихнув напарника плечом, лирб выпрямился и прочистил горло. — Откуда ты?
Рыжий, как позже выяснила Агата, его зовут Зейн. Находился в ярко экзальтированном состоянии. Он не мог стоять на одном месте, ходил вокруг кресла с пленницей, постоянно «случайно» касался её. Но говорить не осмеливался, ждал приказа брюнета.
«До полной загрузки обновления осталось 5 минут»
— Я не местная…
— Мы это уже поняли, — зелёные моргала щурятся в улыбке. — Так откуда ты?
У Агаты прорезается нервный, почти истерический смех. — Долгая история… Я даже не из этой солнечной системы. Летела по делам со своей командой, но случился большой бада-бум на прошлом судне. Мы оказались на неизвестной станции. Потом всё как-то завертелось, стерпелось, я бы сказала, полюбилось. Открыла в себе потенциал латентной мазохистки. Поэтому с удовольствием и некоторым извратом принимала ласки чудовища – инопланетянина. В тот момент, когда моего мужа, кажется, пытал его отец с каким-то безумным учёным по кличке «Апельсин», у него гетерохромия, поэтому один глаз чёрный, а другой серый. Ну знаете… как будто нашлёпка, такая шапочка у булавки, металлическая. Или серый цвет, как у использованной жвачки, на которую случайно наступили и она прилипла к подошве ботинка…
— Мор, я думаю, что она не в себе, будь с ней… терпимее. — Прошептал Зейн. — Не обижай…
— …А мою подругу держали в клетке, её уличили в связях с Красным. Их ждал суд, но корабль… — Агата издала странное кряхтение и закашлялась. — И вот я тут…
Брюнет скалится: «Разве я могу обидеть такого котёнка?» Нос щекочет кончик дымчатого хвоста. Агата подавляет чих, отводя голову в сторону. Она чувствует, как чужие руки оглаживают бёдра.
— Убери руки! — Она пытается отстраниться, но выходит лишь танец дождевого червяка. — У меня парень — метаморф, узнает — убьёт!
— Метаморф? — Повторяют в дуэт парни и смеются. — Ты что-то принимала?
— А ты по глазам не видишь? У неё зрачки странные. — Мот проводит пальцами по шее, задевая край её пиджака. — Чешуек нет, хвост спрятала, зрачки у тебя, как пузырьки. Наркоманка? И что за земляне?
— Группировка или мародёры? Тебя подослали квоваки? Кто с тобой на корабле?
Агата не знает, что ответить. Она привыкла постоянно ходить по лезвию ножа, любое лишнее слово, неверное высказывание навлечёт беду на всех.
Знают ли эльдронцы про лирбов? И почему молчит внутренний голос, когда он так нужен?
— Я не мародёр, на корабле одна… — Последние слова не звучали убедительно, голос дрогнул, а глаза забегали.
— Серьёзно? Зачем тебе одной такой о-о-огромный корабль с креслами для великанов?
— К-как зачем?.. — Собрав всю смелость капитана в кулак, она вздёрнула подбородок. — Захотела, а мне и купили.
Про себя Агата радуется, что её команда по спасению мира запрятана в лифте, и найти их не так-то просто.
Лжец из неё плохой. Врать она не умела с детства, привирать, если только немножко. Но её враньё каким-то образом чувствовали. Клод любил пошутить: «Сразу пойму, если изменять будешь. У тебя по глазкам всё видно». Оказывается, не всё.
«Зря я запугала Айруса тем, что ребята могут сойти с ума в замкнутом пространстве. Интересно, как они там…»
Тем временем в лифте
Айрус раздражённо дёргал ногой, сидя на лавке. Все заключённые в тесном алюминиевом контейнере наблюдали за раскачивающимся ботинком командира.
— Она скоро придёт, — подаёт надежду Сиеста. Сама фурия волновалась не меньше, но злить или расстраивать Чёрного не хотелось.
— Придёт, если ножки целые.
— Айрус, о чём ты?
— А вдруг она свалилась с лестницы и лежит там на первом этаже со сломанными ножками. Я просто не думал, что лестница пригодится, и сэкономил время на установку перил и чёртовых лампочек… Идиотина.
Эльдронцы, к слову, не потеют. Разве только Айрус. Первую в жизни каплю пота на лбу он обнаружил после знакомства с Агатой.
Людям же было плохо. Вентиляция не работала, воды не было. Душно, а пот катился градом.
— У меня есть предложение… Давайте я схожу за Агатой. — Иоланта привстала, вытирая лицо рукавом. Волосы взмокли и напоминали грустно висящие водоросли. Они опутывали берег лица, прилипая ко лбу.
— Нет, сиди, — вмешался Донкор.
— А я думаю, что это хорошая идея. Как раз развеется, прогуляется до рубки.
— Айрус, ты сам говорил, что там нет перил и темно…