Таким же опороченным, разбитым идеалом он был для неё когда-то. Не замечая трещин в их отношениях, она резалась много раз. Агата хочет исчезнуть, утопая в необъятных складках космоса, но, закрывая глаза, она всё ещё ощущала его взгляд.
Плоский чёрный блин трещит под натиском мужского тела. Не передать степень ужаса, когда она чувствует ладони на своей талии, холодные пальцы ласкают открытый кусочек кожи между юбкой и пиджаком.
— Клод, что ты?! — Ведро падает на пол и катится к тумбе, желейная вода лениво растекается. — Убери руки!
Дыхание алчно, прерывисто, проникает в ушную раковину, вызывая рой мурашек. По голосу слышно, что он улыбается. — А я тебя ждал…
Она пытается вырваться из ловушки, но, как в капкане, его хватка только усиливается. Двери закрыты, её не услышат, остаётся надежда, что кто-нибудь зайдёт.
— Потти! — В ответ молчание и тихий смех мужчины.
— Если культурно попросить не беспокоить, то она затыкается. — Он толкает Агату на кровать и наваливается сверху. На остром, как бритва, лице мало эмоций. Было ли так всегда?
Клод опустошен, его бесцветный взгляд, как у безумца, гуляет по телу бывшей жены. Рука нагло скользит под пиджак, сжимает грудь до болезненных спазмов.
Она призывает капитаншу внутри себя. Но собственный голос разносится гулким эхом в пустоте разума. Тело не слушается и сковывается.
— Скажи мне на милость, любимая. Что с тобой, блять, не так? Я урод? Вроде нет, красивее любого второго мужчины на Земле и уж тем более… красивее этих лысых ублюдков. — Он силой раздвигает её бёдра, проводит рукой по интимному месту.
Агата поджимает губы. Пытается сопротивляться, но все силы были потрачены на уборку. «Зато чёртовы полы блестят».
Секс с Клодом никогда не был чувственным, всю нежность он истратил в первые месяцы отношений. Только томное разочарование, бездушные, механические действия двух киборгов.
— Если бы я знал, что мы попадём на ту станцию, если бы я только знал. Я бы не ставил тот маршрут.
Агата пыталась превозмочь паралич, замахнуться рукой, но её перехватывают и заламывают над головой. До мозга доходят сказанные слова: — Это был ты… неправильные координаты…
Клод склабится: — Зачем нам жить?! Однотипные дни, скучный секс, из окружения только кучка неудачников. Я потерял хорошую работу пилота, стал помощничком жены. Об этом я мечтал?! Чтобы меня понизили, а в конечном итоге уволили? Агата, единственный вариант – умереть. Но и это мы сделать не смогли. Ты, как идиотка, вцепилась в штурвал в надежде спасти нас. Дала бы нам разбиться и с концами!
— Ты хотел нас убить… Авария случилась из-за тебя… Я каждый день винила себя… — Она чувствует язык, медленно ведущий по щеке. — Отпусти меня! Сиеста! Иоланта! — Крики затыкают поцелуем. Воздуха не хватает, а во рту ярко горит привкус железа.
Агата сжимала его плечи, пыталась оттолкнуть, но монолитной стеной он не давал оборвать поцелуй. Когда пальцы болезненно надавили на клитор, она замычала.
Тяжело дыша, он прошептал ей в губы: — Ты бы скучала по мне, если бы я умер? Ты бы не смогла жить без меня, не смогла бы. Я твой единственный. Мы должны были умереть с тобой в тот день, слышишь? Должны, но не умерли. — Его вздохи звучали громче голоса.
Агата закашлялась, отворачивая голову. Глаза, наполненные слезами, зацепились за осколок стекла на краю простыни.
Клод вкрадчиво шепчет с усмешкой: — Ронхес рассказал мне про вас, как все закрывали глаза на грязный трах. Он же тебя за человека и не считает, Агаточка, не считает. Просто животное. Он извращенец, ты тоже, но я тебя прощаю. Мы все извращенцы. Я тебе изменял, потому что защищал от своих потаённых желаний. Кому понравится быть придушенной в постели? Изврат внутри каждого, даже у такой тихони, как у Иоланты. — Он упоённо смеётся. — Жёлтый попросил меня сделать фотографию. Как она уединяется с Красным. Не знаю, зачем ему это было нужно, но посмотри на результат. Посмотри! Они наебали меня! Ха-ха-ха! Обещал же отпустить, а пытали как скота, они все врут, Агата!
Её голос срывается, сердце покалывает. Единственное, на что она всё ещё способна, мольба: — Отпусти меня… пожалуйста, Клод… Отпусти…
— Почему ты сухая? Почему? Разве тебе не хорошо? С этим упырём потрахалась и перестали нравится нормальные члены? У тебя, поди, там всё растянуто, размером с ведро.
Пальцы грубо раздвигают складки, болезненно входят. Спина выгибается сама собой, а из глаз брызжут слёзы.