Хватка на нежном плече ослабла, но гореть оно не перестало. Жёлтый и Серый что-то обсуждали, а Чёрный был занят другим. Он запустил пятерню большой руки в её волосы и массировал кожу головы. Огромная рука размером с её черепную коробку, ему достаточно просто сжать, и розовое желе вытечет наружу. Чёрный вызывал у неё чувство амбивалентности. Сила, размеры, чёрные глаза (маслины) – это пугало и восхищало одновременно.
Если у себя на Земле люди главные только потому, что имеют сознание, умеют развиваться и анализировать, то здесь у них не было бы шансов. Гуманоиды не проигрывали ни в чём, они имеют всё то же самое, что и люди, но в разы лучше. Люди всегда мечтали увидеть инопланетян, изучить, посмотреть, может даже поговорить и заключить какой-нибудь союз. Но пусть это никогда не случится, ведь человеческая суть на подсознательном уровне ощущает Силу, против которой лучше не идти. И пусть эта Сила дремлет ещё миллиарды лет.
Он аккуратно кончиками пальцев приподнял одну прядь и нагнулся. Агата рефлекторно подняла голову вверх, и её брови приподнялись от удивления. Он нюхал её волосы. Было нетрудно прочитать отвращение на его своеобразном лице. Они давно не принимали банные процедуры. Грязь скатывалась маленькими серыми катышками, волосы превратились в жирные колтуны, а поры стали как лунные кратеры.
Жёлтый тем временем что-то объяснял Серому, его голос был спокойный, жестикуляция отсутствовала. Красный, Зелёный и Белый почему-то не отходили от окна и молчали.
Чёрный посмотрел на Агату, и она сама не понимает, зачем и почему, но захотела оправдать свой дурной запах перед Гуманоидом. Она взяла свою прядь волос и поднесла к носу, скорчила мину, словно её вот-вот стошнит. Ему стало любопытно, он, как большой кот, склонил голову набок и прищурил маслины. Она не сдавалась, приподняла одну руку и начала тереть подмышку. Показала пальцем в сторону бутылок воды. Это напоминало игру «Крокодил» или конвульсии умирающей обезьяны, кому как. Но она не могла остановиться, вошла в азарт. «Буль-буль-буль»: говорила Агата и пыталась показать пену.
Глаза Чёрного расширились, и он что-то крикнул в сторону Жёлтого и Серого.
**********
— Отец, их нужно просто омыть, и запах пропадёт, это не болезнь, успокойся.
— Ты как это понял? — Процедил отец сквозь зубы, он уже сжимал белый воротник халата доктора.
— Она сама это сейчас показала. — Айрус кивнул в сторону своего питомца, показал на неё пальцем и помотал его несколько раз, как бы говоря: «Покажи им ещё раз».
Питомец уверенно вышел вперёд, поднял закрытую бутылку с прозрачной жидкостью и стал показывать, как натирает свое тело. После чего нюхает свою руку и с блаженным лицом начинает улыбаться.
Этот странный способ общения показал всем, что люди и гуманоиды могут коммуницировать, если сильно захотеть. Айрус не смог сдержать улыбки, а Император и вовсе засмеялся в голос.
— Святой Таунтаун, это же чудесно! Я думаю, что желейные ванны им понравятся, да, Айрус?
От упоминания собственного имени из уст отца что-то кольнуло под вторым сердцем и дёрнулось ухо. Но он быстро постарался взять себя в руки.
— Я помою её у себя, это теперь моя ответственность. Соберите мне её вещи и продукты.
Донкор и Гор тут же принялись за работу. В большую коробку сложили все вещи самки. Айрус забрал коробку и крикнул: «Сам донесу, не идите за мной». Подозвал рукой питомца, та несколько раз обернулась и посмотрела на других в клетке, шла к нему очень неуверенно.
Его охватило чувство, что он забирает пса из приюта, вот он скоро заскулит или укусит его. Она не хочет расставаться со своими щенками. Страшненький самец крикнул: «Агата!», другие стали поддерживать его и тоже залаяли: «Агата!», «Капитан!», «Капитанша!».
Он взял её за плечо и повёл в сторону кампуса. У него был свой небольшой дом на территории.
Реакция других инопланетян позабавила его, он несколько раз пробормотал себе под нос: «Ага-та, Ага-та». На что питомец отреагировал и посмотрел на него.
— Так это твоё имя? Ага-та?
Самка повторила: «Агата». Айрус осклабился и подумал: «Ну, с кличкой мы определились».
Глава 7 – Сопливые ванны и неудачный побег.
Инфернальный холод пропитывал каждую клеточку кожи Агаты. Она не понимала, куда они идут, что происходит? Разве клетка не её дом? А что вообще её дом? Точно, её обиталище на Земле, здесь она в гостях или в плену.
Может, от неё решили избавиться, а может, показалась им слишком странной, когда она пыталась донести до них, что им всем нужно принять ванную? Слишком много «может», слишком много вопросов. Слишком много «слишком».