— Нет-нет!
В ту же секунду органы прильнули к позвоночнику. Корабль рванул вперёд, словно выпущенная стрела. Стремительные линии пространства за окошками сливались в акварельный детский рисунок, под дуэт орущих голосов.
**********
— Не может быть… — Поражённо выдаёт Джек.
Ребята пришли на точку, но крейсер отсутствовал, точно так же как и капитанша с подругой.
— Может, они отказались от идеи? — Голос Джил дрожал от наступающих слёз. — Нет, крейсер точно был на месте…
— В столовой их тоже нет, только спящая Сиеста.
— Жёлтого тоже нигде нет…
В гневе и в растерянности они возвращаются на свою базировку. В надежде, что это некая злая шутка от бывших напарников. Добивают и открытые двери в комнате Клода. Джек забегает первым и замечает мужчину лежащим на кровати, он не собирался выходить. Лишь лениво обводил взглядом потолок.
— Улетели без вас? — Ухмыляется очкарик.
— Тут явно ошибка, — вмешивается Рей.
— Да-да, — Клод привстаёт на локтях, обводя взглядом людей. — Они в сговоре с гуманоидами, вы не поняли? Они будут жить в шоколаде и купаться в шелках, как личные собачки монстров. Они слабые и не против покровительства. — Он улыбается, тихо посмеиваясь под нос. — А нас в мусор. На ржавую старую станцию, где кроме искусственного неба и клетки ничего нет.
— Не стоит гудеть раньше времени.
— А уже поздно «гудеть». — Клод встаёт с кровати. Он без футболки, с перевязанным бинтами торсом. — Мы умрём на станции, а ваша мама в одиночестве на Земле. Вы хоть иногда её вспоминаете?
Джек сжал кулаки, ровняясь с Клодом. — Она и не выходит у нас из головы. Не смей упоминать её.
— Так я по-доброму, без ненависти. Я свою маму потерял, ничего не могу уже сделать. Мертвецов ещё не научились воскрешать. А вот вы тратите драгоценное время, которое могли бы провести с ней.
— Что мы можем сделать? Развернуть корабль и отправиться на Землю? Не смеши.
— А почему нет? — Беззаботно вильнув плечами, Клод улыбнулся Джил. — Пилот есть, корабль есть, команда есть. Почему нет? Выбор между мамой и быть на кушетке в лаборатории разве такой сложный? Только думайте быстрее, времени немного.
Глава 44 – Император Лирбов.
Планета Эльдрон.
— Как нет?
Взгляд, пылающий надеждой, сменился укоризненным безразличием. Разжимая локотники трона, он встаёт на ноги. Слуги опускаются на колени, ждут словесной оплеухи и криков, но он лишь устало опускает ресницы.
— Осмотрите всё ещё раз, здесь точно должен быть.
Смельчак из толпы решается подать голос. — Ваше превосходство, мы ищем… Но если его нет на этой планете?
Алые глаза прожигают дыру на лице слишком разговорчивого лирба. — Подойди.
На дрожащих ногах мужчина поднимается и робко подходит к монолитной фигуре Императора. Ладонь со звонким хлёстом проходится по лицу, вибрирует от затылка до пят. Болтун падает на колени, опуская голову. Император хватает его за волосы и тянет, устанавливая зрительный контакт. По закону иерархии, слабак обязан стыдливо отвести взгляд. Так мужчина и поступает.
Это не пустой акт насилия, а принятая для них традиция – проявление себя, доминантность. В его словах и решениях нельзя сомневаться.
— Я сказал искать. Значит что? — Голос Астарота понизился.
— Б-будем искать, — на щеке остался отпечаток господской ладони, он не смеет прикасаться к ней, до тех пор, пока раздражённый Император не распускает приспешников.
В комнате остаётся только он и его правая рука.
— Господин, мы вышли на след и свергли Императора и его сына.
— Шир, — он вздыхает, — ты много лет у меня служишь и допускаешь такие простые ошибки. — С притянутой дружелюбностью цедит Астарот. Он вальяжно возвращается к трону, пытаясь сохранить иллюзорное спокойствие, погребающее под собой смерч эмоций.
Он хочет уничтожить корабль, кастрировать невежественную прислугу, сжечь весь этот чёртов мир. Но лицо родной дочери успокаивает, вызывает трепет в сердце. Надо же, оно у него ещё есть.
— Извините, — помощник опускает голову. — Вы единственный Император и тот, кому принадлежат сердца всех народов…
Махнув рукой, он отдаёт приказ немедленно замолчать. — Где они?
— В темнице.
— Так приведи. — Ленивый ответ, он уже не смотрит на Шира. Его лицо снова облачает маска каменного изваяния.
Через время он всё также бесстрастно изучал двух эльдронцев. «Высокие» — первое и последнее замечание касаемо их внешности.
— Не понимают нас?
— Нет.
Могучих великанов сдерживали цепи, обвитые вокруг плеч и талии. Когда они не слушались, на шее искрился ошейник-шокер. С непослушными псами иначе никак.