«Вот твоя мечта исполнилась, и тебя выкинут в открытый космос, круто, да?»
Агата проглотила ком, упавший куда-то к истерически бьющемуся сердцу. Они подходили к воротам большого дома. Станция настолько огромная, что включает в себя несколько громадных зданий и даже что-то вроде «улицы». Если поднять голову, то можно увидеть сенсорные панели, которые имитируют звёздное небо. По сторонам растения, но Агата не уверена, настоящие они или нет, так как раньше она такие и не видела никогда. Чудноватые, фиолетовые, зелёные, голубые, в крапинку, Иоланте бы точно понравилась местная флора. Посадила бы их в свои красивые горшки и души не чаяла, протирая каждый листок и стебелёк с любовью. Не каждая мать любит своих детей так же, как Иоланта любила свои горшки с цветами.
«Её ненаглядные глиняные горшочки не пережили столкновение, а как жаль…»
Преодолев небольшое расстояние, девушка и гуманоид оказались перед домом. На космическом корабле «Сварог» были капсулы — запасной вариант для капитуляции. Они жуть какие тесные, и Агата всегда любовалась, как они гладко блестят, похожие на яйца насекомых. Дом, перед которым они стояли, был как эта капсула. Большой, чёрный, казалось, в нём и окон нет.
«И снова похож на маслины, да?»
Чёрный прикладывает руку к биометрическому замку, изящно, аккуратно, но Агата знает, что это враньё. Эти руки держат в себе силу нескольких галактик. Она ощущала эту силу, когда он сжимал её плечо, прикасался к её голове, её уже не обманешь. Тут даже не про физическую силу, нечто большее, на зверином уровне.
Он уверенно проходит вперёд, а ноги капитанши идут сами собой, как по алгоритму встроенной программы. Яйцо насекомого встретило как ни странно благоприятно. Приглушённый свет. Намного лучше, чем холодный белый свет в том помещении, где они жили в клетке. Он раздражал глаза, мешал спать, постоянно болела голова. Тут всё иначе, дизайн — минимализм, вещей немного, всякое барахло, которое так любят люди, и вовсе отсутствовало. Цвета серые, белые, чёрные и бордовые. Потолки высокие.
Как бы сказал Рей: «Стильно, модно, но не молодёжно. Капитан, а можно своровать у него тот торшер?»
Агата снова витала в своих мыслях, со дня аварии это единственное, что её спасало. Погружение в себя. Ей самой было интересно, как она выглядит в этот момент. Как тряпичная кукла с отсутствующим взглядом? Постоянное общение с внутренним голосом до добра не доводит, так всегда говорила Иоланта, но у капитана свои взгляды.
Ещё в академии она рассказала подруге про свою «причуду», и та её запугала «расщеплением», когда человек может являться для самого себя и судьёй, и адвокатом. Агата же являлась для себя своим же палачом. Образ капитана космического судна, которым она никогда не станет. Крепкий внутренний стержень, вынослива, умна, пунктуальна — это можно перечислять вечность. Этого нет в самой Агате, но есть во внутреннем «Я». То самое ощущение, что в тебе живёт другой человек, он выглядит как ты, пахнет как ты, но он другой. Личность со своими взглядами и вкусами.
Мерно шагая за Гуманоидом, на глаза девушки попалась небольшая фотография в рамочке. На ней был запечатлён Серый в красном мундире, рядом стоял чёрный в похожем одеянии. «Так мы с Иолантой были правы — отец и сын».
Преодолев коридорный лабиринт, они зашли в большое помещение. Вокруг белая плитка, свет также приглушённый, в центре стояла огромная ванна, больше напоминающая хрустальный бассейн. Вся их команда могла бы вдоволь накупаться и даже провести урок аквааэробики. Даже для гуманоида это корыто было огромным.
— Ага-та… — медоточивым, почти мурлыкающим голосом Чёрный подозвал её ближе.
Девушка сделала к нему несколько шагов вперёд. В белом помещении он ещё больше напоминал грозовую тучу. Тёмно-серый сгусток, рядом с которым и дышать сложно, а тут приходится ещё и думать.
Он показал пальцем на её одежду, а затем на ванную. Непослушными пальцами она начала расстёгивать свою рубашку, руки подрагивали. Чёрный наблюдал, следил за каждым движением. Из маленького кармашка рубашки вывалилась небольшая коробочка. Агата хотела наклониться и подобрать её, но гуманоид был быстрее. Ценная коробочка, последний подарок от Иоланты – эта незамысловатая вещица хранила в себе запись их разговора перед аварией.
Из горла вырвалось само собой: «Это моё!» Он посмотрел на девушку, на вещицу и, не поднимая взгляда, положил коробочку на небольшой столик у двери. Прошёл к ванне и нажал на две кнопочки, похожие на ракушки, из небольшого крана полилось что-то зелёное.
«Похоже на сопли, я не советую тебе туда погружаться – это может быть опасно», впервые за долгое время Агате хотелось прислушаться к внутреннему голосу.