Лана обняла Агату, положив её голову на своё плечо. В этот момент из лаборатории вышли заложники, Рей и брат с сестрой. Айрус командовал:
— Идите спать. Я обещаю, что вы будете видеться со своей капитаншей каждый день. Она мне нужна для уроков по инопланеталогии, там ей не грозит никакая опасность. Её будут кормить и ухаживать за ней. Все уши мне прожужжали, как кучка москитов.
Айрус увидел своего питомца, уткнувшегося в плечо кучерявой самки.
— Что у вас там происходит? — Крикнул.
— Пожалуйста, не забирайте её сегодня. Пускай она останется на ночь. — Иоланта вцепилась в подругу, сильно заплакав.
Агата больше не смеялась, и плакать ей тоже не хотелось. Она ничего не слышала вокруг себя, не чувствовала объятья Ланы, как Айрус трясёт её за плечо. Весь её маленький мир развалился. Её беспощадно закинули в не прощающий ошибок мирок, где царит не иначе, чем дикая игра на выживание: ей стала более чем очевидна такая глупая мысль. Каждый сам за себя.
«…прием-прием. Диспетчерская рубки капитана Даффи. Агата, это я, капитанша. Слушай и выполняй мои действия. Выпрямись, успокойся, возьми себя в руки и иди с хозяином, как послушный щенок. Он сильнее, играй на его стороне, усекла?»
«Усекла». — «Вот и отлично!»
Агата с флегматичным выражением спокойствия на лице подошла к Айрусу и взяла его за руку. Он сжал её ладонь и крикнул остальным: «Загоните их спать немедля» и повёл девушку за собой.
Глава 17 – Лечебный алкоголь.
— Слышали, что Аболлов сказал? Укладывайте их.
— Не Вам нам указывать, мистер Ронхес.
Донкор отвёл людей в лабораторию. Каждому выдали по матрасу, подушке и одеялу.
— Он серьёзно хочет, чтоб мы драили туалеты зубной щёткой? Мы же не в армии! — Разочарованно крикнул Гор.
— Как заснут, сразу иди к нам. Только посмей филонить и время тянуть! Мы будем в третьем санузле. — Сказал Баст и вышел с Гором из комнаты.
Инопланетяне медленно заправляли одеяло в пододеяльник.
Джек опустил руки. — Даже на чужой планете меня преследует это одеяльное проклятье!
— По факту, мы не на чужой планете, а на станции, где живут люди с чужой планеты. — Сумничал Рей.
— Быстрее, вы не в детском лагере. — Скомандовал Красный и плюхнулся на стул, по привычке положил руку на оружие. Он успел испугаться, но вспомнил, что его пистолет забрал сын Императора. Кобура на поясном ремне теперь была просто аксессуаром. Он как балерина без пуантов.
Иоланта и Клод самые первые закончили с одеяльной войной. Мужчина снял очки и уткнулся лицом в подушку. Девушка взяла своё спальное место и перетащила от всех в другой угол, не отвечая на вопросы остальных «зачем?» или «куда?». Когда все улеглись, Донкор поднялся с места.
— Вы ребята непослушные, но так уж и быть, расскажу вам сказочку на ночь. Жили-были шесть имбецилов, по непонятной причине или, мягко говоря, по своей тупости попали на необитаемый остров. Они были кровожадные, рушили всё на своём пути, ели всё подряд, мясо животных, фрукты, овощи, растения. Но, оказывается, остров не был необитаемым, на нём жило древнее племя сильных мужчин и прекрасных женщин. — Поиграл мускулами и ухмыльнулся. — Предводительница имбецилов понравилась вождю племени, и он забрал её к себе в качестве трофея. Оставшихся пятерых скинули бедным простым работягам. — Притворно вздохнул.
— Так чем закончилось всё? — Не выдержав, спросил Рей.
— Они не спали, и их пришлось убить. Не хотите повторить судьбу бедных имбецилов? Тогда на бочок и глазки закрыли. Сладких сновидений, девиантная прослойка общества.
Донкор взял со стола серебряный фонарик и подошёл к двери. Метаморф его дёрнул посмотреть на инопланетян ещё раз, он заметил, как самка с кучерявой головой лежала у стенки и подрагивала. Помявшись некоторое время у выхода, он всё же решил проверить, в порядке ли она.
— Эй, у тебя что-то болит? — Красный протянул руку, чтобы потрясти девушку, но одёрнул, когда она повернулась.
— Я в порядке. — Тихо ответила Иоланта, прищурившись от фонарика, направленного в её лицо.
— Прости. — Донкор резко отключил фонарик. — С тобой точно всё хорошо? У тебя лицо красное, особенно нос.
— У тебя тоже лицо красное.
— Где? — Донкор потрогал своё лицо и услышал смешок Ланы.
— Я просто плакала, поэтому лицо красное, у меня ничего не болит, правда.
— Почему плакала? Плачут от боли, но ты говоришь, что у тебя ничего не болит.
— Душевная боль, не физическая. — Шмыгнула носом.
Красный сел на пол рядом с матрасом. — Сказала бы сразу, парень разбил сердце? Можешь открыться дяде Донкору, я настоящий гуру любви.
Иоланта легла на спину. — Сердце разбили моей подруге, но у меня чувство, что я помогла это сделать. Хотела помочь, а получилось как обычно. Влезла в чужие отношения.