На сегодняшний день всё изменилось.
Девушка стояла перед большим шкафом. Ровным заборчиком висели выглаженные рубашки чёрного и белого цвета. Привычный, стабильный монохром разбавляла красная водолазка, хотелось скинуть её и уничтожить за то, что вещь мозолила глаза. Агата и так была не в духе.
Айрус сидел на краю кровати, подрагивая ногой. Он привык к переменчивому настроению питомца. Обычно он легко разгонял её тучи, но не сегодня.
— Ты голодна? — спросил Чёрный.
— Нет.
— Хм, может быть, кино?
— Нет.
— Скажи напрямую.
Агата развернулась почти в истерике. — Посмотри на меня, — провела рукой по талии.
— Смотрю, — с ухмылкой отозвался Айрус.
— Я постоянно хожу в твоих обносках. Многие из них мне очень большие. Где моя старая одежда? Остальные ходят в своей одежде!
Айрус встал с кровати. — В отличие от остальных, ты ходишь в чистой одежде, а они в грязной, чувствуешь, у кого привилегий больше?
— Мне нужна новая одежда. Во-первых, для дома, я не могу спать и ходить в одном и том же. Во-вторых, для работы в саду, чтобы свободно нагибаться, мне нужны штаны, а не мини-платье из твоей рубашки.
— А что плохого в моих рубашках? Они длинные…
— Охранники пялятся, — Агата посмотрела на переменчивое лицо Чёрного.
— Хорошо, — прикрыл глаза. — На корабль мы не пойдём, я сразу говорю. Что предлагаешь? Взять тебя под ручку и повести в магазин? В отдел с детской одеждой?
Агата выпятила нижнюю губу, а глаза вытаращила, как у кота в сапогах.
Айрус замялся и неуверенно сказал: — Новый день, новая миссия… решу и эту проблему.
Чёрный отошёл назад и достал телефон из кармана брюк. Набрал чей-то номер и поднёс смартфон к дёргающемуся уху.
— Алло… Миссис Сиеста? Здравствуйте, Вас беспокоит Айрус Аболлов…
Из трубки раздался громкий женский визг с последующим: «Мальчик мой, как я давно с тобой не общалась! Как у тебя дела? Как папа? Как инопланетяне?»
— Я звоню Вам по делу…
Дальше Айрус говорил тихо, и Агата не могла расслышать. Он оглянулся через плечо и посмотрел на девушку. — Не сказал бы, что она прям мелочь, среднего размера телепузик.
Агата подошла к нему ближе с вопросом: «кого ты телепузиком назвал?», но Чёрный выставил руку.
— Хорошо, подойдём через час, повезло, что на станции. Донкор говорил, что Вы вроде домой собирались. — Покачал головой. — Ага, да, ахаха, ничего себе.
— Ты скоро? — Крикнула Агата и ущипнула его за локоть.
— Ай, сучка… Нет, это я не Вам, прошу прощение. Да, увидимся, до скорого.
Айрус отложил телефон, с серьёзным выражением лица посмотрел на Агату. Чёрные глаза на солнце бликовали, как камни гематиты, чёртовы самоцветы, от которых сложно оторвать глаз. Он смотрит на неё, и нужно что-то сказать, но все слова застряли в горле.
— Задумалась? — спросил Чёрный. — Ты мешала мне разговаривать, а теперь замолчала, ещё и ущипнула.
— Да, задумалась. — С лёгкой улыбкой отозвалась Агата.
— О чём же? Выбираешь позу, в которой будешь дальше трахать мой мозг?
— Нет, о калейдоскопе.
Айрус удивился: — Калейдоскоп?
— Да, я не знаю, есть ли у вас такие игрушки на планете. Но в моём детстве были калейдоскопы с мозаикой внутри. Крути его как хочешь, камушки будут переливаться в причудливые узоры. Меня это всего завораживало. Как-то я захотела подержать камни, рассмотреть их поближе, ощутить и в итоге сломала его, зато камушки достала. Я очень расстроилась, но не потому, что игрушку уже было не вернуть в прежнее состояние. Магия рассеялась. Они были не такие яркие, как в калейдоскопе, просто куча пластика. Моё первое разочарование в жизни, мой последний яркий калейдоскоп.
— Была ли возможность купить другой?
— Была, но какой смысл? Я узнала, что внутри не драгоценные камни, а пластиковый мусор. Сейчас у меня другой калейдоскоп, угольно-чёрный, со статичной мозаикой, и камни настоящие. — Агата посмотрела на лицо Айруса и улыбнулась. — Зачем ты звонил той женщине?
Айрус улыбнулся в ответ, на четырёх сердцах потеплело от ответа девушки. — Твой драгоценный записал тебя к швее, собирайся, будет у тебя шоппинг.
Подпрыгнув и взвизгнув, Агата покружилась вокруг себя. — Ура, и на моей улице наконец-то праздник!
— Люблю, когда ты весёлая и нежная. — Промурлыкал Чёрный.
Агата ухмыльнулась и опустила руки на его торс. — Иоланта мне как-то сказала, что нам нравятся люди, которые отражают те части нас самих, которые хочется, чтобы заметили другие.