Агата ответила на поцелуй.
Примечание: Всем приветик, может кто-то ещё не видел. Я выложила первые визуалы)
Глава 22 - Мыльная опера.
Так необычно чувствовать тепло губ, от которых раньше было тяжело оторваться. На пальце мужчины поблёскивает обручальное кольцо. Она целовала его сотни раз и уже знакома со всеми внутренними ощущениями. Но на этот раз зародилось что-то новое. Странное чувство, когда целуешься со своим мужем, но скучаешь по чужому привкусу.
Удивительно, что в этот момент Агата может думать только о том, какой красивый рот у гуманоида. Необычный, длинный, но всё же очень красивый. Его тонкие линии и изгибы словно говорят о характере, и Агата, хоть и видела их множество раз, только сейчас начинает понимать, что они означают.
Аккуратно приоткрыв глаза, первое, что она увидела, — грязные очковые линзы. Можно детально рассмотреть отпечатки пальцев, капли застывшей грязи. Сколько здесь микробов? Больше, чем население на этой станции.
Агата понимает, если его внутреннее чутьё такое же сильное, как и тело, то ей конец. Звериная сила испепелит одним взглядом.
Девушка упёрлась ладонями в грудь Клода, разрывая поцелуй и не давая мужу сократить между ними расстояние. Агате приходится пригнуться, чтобы выскользнуть из его рук, в голове вертится: «Беды не миновать». Клод обхватывает её за плечи, и его лицо опускается на её макушку.
— Что ты делаешь? — пыхтит Агата. — Нужно идти, за нами скоро придут.
— Уже пришли, — шепчет Клод и прижимает пленницу сильнее.
Неподалёку стояли Айрус и Донкор. Первым на глаза бросился краснолицый, его большие глаза стали ещё более круглыми, как у персонажа японских анимационных мультиков. Красная кожа побледнела на несколько тонов, он переводил взгляд то на двух людей, то на ректора, стоящего рядом. Тяжёлая аура Чёрного холодом обдала спину. От его присутствия сердце девушки рухнуло в пятки, словно гравитацию усилили в несколько сотен раз.
Всё выглядело моментом как из мыльной оперы. Только одно отличие: муж должен спалить свою жену с любовником, а не наоборот. Агате интересно, как в этот момент поживает её внутренняя капитанша. Убила ли её Чёрная субстанция или обошлось? Но внутренний голос молчит, он не даёт никаких советов или помощи. В голове Агаты вообще уже давно пусто.
— Договорили? — спрашивает Айрус, голос холодный и отстранённый. Его цепкий взгляд проникал внутрь, рыская по её сознанию, словно ищейка, в попытках найти хоть какие-то подтверждения собственным догадкам.
— Договорили, — весело ответил муж, он встал с земли и подал Агате руку. Она заметила на его лице едва видную улыбку.
Девушка обошлась без чужой помощи, она действовала быстро, но дёргано, словно у виска приставлен пистолет. Если допустить хотя бы одну ошибку, то пуля поселится в её черепной коробке.
— За мной, — бесцветно отозвался Чёрный и, развернувшись, пошёл не к саду, а в сторону дома.
— А как же… — Агата сделала шаг, под ногой что-то хрустнуло, не было времени рассматривать.
— Не спорь, — шёпотом подсказал Донкор и чуть громче оповестил ректора: — Я отведу остальных в лабораторию.
Агата догнала Айруса, сердце сильно стучало, тяжело сравняться с гуманоидом. Он шёл быстрее обычного и совершенно не щадил короткие ноги человечки.
— Постой… — Прохрипела Агата.
Чёрный сбавил темп, но не смотрел в сторону девушки.
— На что ты злишься? Ты же злишься, да? Что я опять сделала? — Девушка потянула мужчину за локоть, оттягивая ткань рубашки.
Айрус резко остановился и обернулся. Агата не ожидала, что он так сделает, и, не успев затормозить, впечаталась лицом в его живот. Мышцы под тканью заметно напряглись, и в этот момент разница в их габаритах была особенно ощутима. Её тело было мягким и податливым, любительница ласки, она как глина таяла под любыми руками. Он же, как закалённый металл.
— Мне нужно объяснять, что ты сделала?
От его тона стало не по себе. Тревожность, медленно скручивающая всё в тугой узел, или липкий страх, обволакивающий так тесно, что каждый новый вздох сопровождался болью, словно лёгкие облепили наждачной бумагой, которая не давала им раскрыться.
— Знаешь, сначала я подумал, что ты умная, потом глупая, теперь я понял, что ты хитрая. Ты заманиваешься в свои сети тех людей, кто будет помогать тебе, делаешь их податливыми, приручаешь. Я правда хотел по-хорошему. — Последние слова Чёрный сказал с неподдельной грустью и, развернувшись, пошёл дальше.
Вставить хоть слово Агате не дали. Послушно дойдя до дома, она пошла в сторону спальни. Легла на кровать в позу эмбриона и ждала продолжение казни.