— Вы почему в таком виде? — Выдавил он из себя через смешок.
— Мы просто лежали, — сказал Красный. — В дом ворвались и забрали, в чём были…
— Не поддувает? — с ироничной заботой спросил Айрус и всё-таки не выдержал и засмеялся.
— Ты чего! — поддержала Агата. — Их согревает огонь ЛЮБВИ! — Она засмеялась, согнувшись пополам.
Лана села на скамейку, прикрывая голый животик руками. Комплекс всех полных людей — будучи голыми, прикрывать не свои интимные места, а те, за которые стыдно. Агата замолчала и с сочувствием посмотрела на подругу.
— Ты же понимаешь, что мы вас вытащим? — сказала она вполголоса.
Иоланта вздёрнула голову и закинула ногу на ногу, покачиваясь. — Иначе и быть не может, тогда у тебя подруг не останется.
— Постараюсь сделать всё возможное, но на этой станции Донкор точно не останется. Либо тюрьма, либо депортация на планету без возможности на выезд.
Лана перестала покачиваться и посмотрела на Айруса. — Нет, подождите! Его нельзя депортировать или в тюрьму! Мы ничего не сделали! Мы просто любим друг друга!
Агата удивлённо посмотрела на подругу и губами прошептала: «Любите?»
Чёрный посмотрел на Донкора. Красный решительно сказал:
— Делайте со мной что угодно, но её не трогайте. Скажите, что я её изнасиловал.
— Я и хотел так сказать, не могу рисковать… другими инопланетянами.
— Ты не насиловал меня! Идиот! Придурок! — Лана ударила по решётке.
— Скажите, что я его изнасиловала! Я насильник! Самый настоящий, он отбивался и поэтому пристегнул меня к кровати!
«Так вот для чего им наручники…»
В дверь постучали, зайти никто не решился, только сообщили, что Император прибыл и хочет увидеть Айруса.
Чёрный набрал воздуха и грузно выдохнул. Посмотрел на девушку и дал ей цепь в руку.
— Мы договорились, без выкрутасов.
Он поцеловал Агату в лоб и уже хотел пойти к дверям, но повернулся и поцеловал её ещё раз в губы. Поцелуй был короткий, но о многом говорил.
— Удачи, — шёпотом сказала девушка и сжала цепь в руках.
Когда гуманоид вышел из комнаты, повисла тишина.
— Там есть окошко маленькое, — Донкор привстал на цыпочки и прищурился. — Я вижу Императора… Выглядит очень злым.
— Подожди, где? — Агата тоже встала на цыпочки, ничего не увидела и подпрыгнула.
— Высоко, не дотянешься. — Обречённо покачав головой, Красный сел на лавочку и посмотрел на Лану. Она злобно глядела в ответ.
— Я залезу на клетку.
— Какой смысл? Не слышно, о чём они говорят. — Иоланта подошла к подруге и, присев на колено, вытащила руки за решётки.
— Мне достаточно увидеть его лицо, чтобы понять, какой у него настрой.
Агата наступила на ладони подруги и услышала писк. — Подожди, поднять сможешь? Ты точно держишь? Не больно?
— БЫСТРЕЕ ДАВАЙ, ТЫ НА НАРУЧНИК ДАВИШЬ.
Агата с мастерством настоящего макакича запрыгнула на клетку, еле удержавшись.
— Цепь много весит, прости.
— Не прощаю. Так что там происходит? — Лана подняла голову и увидела попу подруги в трусах. Покраснев, опустила голову и стала таращиться в пол.
— Ничего хорошего...
Глава 28 - Я не придумала название для главы.
Донкор встаёт на цыпочки и обхватывает прутья руками. — Ну что там? Я вижу только макушки.
— А мне кажется, ты смотришь на её зад. — Недовольно бурчит Иоланта.
На самом деле она не ревнует, просто захотелось поворчать.
Красный прижимает уши и виновато пожимает плечами. — Тебе кажется…
Агата переминается с ноги на ногу, боясь потерять равновесие. У себя на планете она среднего роста, а этот другой мир большой и страшный. С высокими потолками и с маленькими окнами, всё тут как-то неправильно.
— Айрус уже в четвёртый раз вздыхает и в третий раз кивает головой… Подождите, император куда-то уходит с каким-то мужиком. Айрус стоит на месте.
— Он за ними не идёт? Если император идёт сюда, то тебе лучше слезть!
— Не думаю, что он идёт сюда.
— Если разговор прошёл плохо, то он закурит. — Голос Донкора дрогнул.
Айрус шарит в штанине и достаёт пачку сигарет, выуживает одну и прикуривает. Поднимает голову вверх и смотрит в пустоту, о чём-то думает.
— Он курит, чёрт… — Агата поворачивается к Донкору и смотрит на него с сочувствием.
— Он всегда курит после разговора с отцом. Все их семейные стычки происходят на глазах всего отряда, наблюдать за этим неловко, но я научился считывать их действия.
Девушка разворачивается обратно к окну и ловит на себе маслянистый взгляд. Острый и отчуждённый, им можно резать металл. С айруского языка переводится как «Ты дура? Что ты исполняешь?» Даффи виновато закусывает губу и машет рукой. Мужчина кидает окурок на землю и придавливает острым носом ботинка.