— Подловил. Научила меня хитрить, сама виновата. Пойдём, немного осталось.
Всю оставшуюся дорогу до зоопарка они молчали, но то и дело поглядывали, касались друг дружку.
— Я думала, зоопарк на планете, — нарушила тишину Агата.
— Клубы или бары на этой станции запрещены, а совсем без развлечений студенты не могут.
— А животные сидят в вольерах или… — Агата умолкла, когда почувствовала, как что-то прилетело и село ей на голову.
— Ой, подожди, я сфотографирую тебя.
— Айрус, кто это?
— Подожди, — мужчина похлопал по пиджаку. — Где этот телефон?
— Айрус! Кто это!
— Успокойся, нашёл.
Отойдя чуть дальше, гуманоид сделал несколько фотографий, улыбаясь полученным снимкам. — Вот, это хобо-носик, они безобидные.
Агата ожидала увидеть птицу, но перед ней предстала ужасная картина. ОГРОМНАЯ бабочка-мотылёк, несколько десятков шершавых лапок, огромные пучеглазые глаза и ОГРОМНЫЙ ДЛИННЫЙ ХОБОТ.
Заорав так, что на станции, скорее всего, появился разлом, она кинулась вперёд, не смотря, куда бежит, цепь тащилась за ней, как пуповина. Айрус кинулся вслед, хобо-носик за ними.
— Он безобидный! Ты смотри, куда бежишь! Смотри под ноги!
Телом девушки завладела невиданная сила, мимо мелькали другие животные, все такие пятнистые и яркие. Словно на альбомный лист вылили акварельные краски. В глазах начало рябить, и она зажмурилась, почувствовала, как её хватают за рукав рубашки, ткань треснула.
Лёгкий бриз, ветерок обдувает её тело, всё по классике. Она оступилась и свалилась к кому-то в вольер, ещё и без верхней одежды. Прикрывая голую грудь руками, Агата почувствовала сырую почву.
— Ещё и в грязи измазалась, блеск…
Айрус стоял наверху, смотря вниз, он тяжело дышал, сжимая ткань в руках.
— Не шевелись! — Крикнул он. — Ты цела? Можешь не отвечать, я уже бегу! — Силуэт мужчины скрылся, оставив девушку в одиночестве.
«Или ты не одна».
Агата встала на ноги, прикрывая грязными руками грудь. — Свалилась в чей-то вольер, и всё из-за этого «хобо-носика», чёрт.
Вокруг была одна растительность, небольшие деревянные домики стояли как на земле, так и были подвешены на верёвках.
— Пожалуйста, хоть бы не хищники… — Ноги девушки повели её вперёд.
Как там говорил преподаватель из Академии? «Любопытство фраера сгубило».
Нельзя рисковать своей жизнью, нужно дождаться Айруса. Агата недолго думала и приняла решение затеряться в природной растительности вольера. В кустах.
— Угуа-гуа.
— Айрус? — Девушка вытащила голову из кустов и посмотрела по сторонам, но никого не было рядом. Почувствовав горячее, липкое дыхание, она медленно повернулась и застыла.
Перед ней сидело несколько маленьких существ, отдалённо они походили на горилл. Морщинистые мордочки, широкие носы, плоские губы, круглые глазки. Сами по себе они были грушевидной формы, имели длинные руки, на которых передвигались, и короткие лапки, которыми забавно топали, их почти не было видно под круглыми животиками.
— Боже, вы такие маленькие… — Агата протянула руку к одному из зверьков, тот принюхался и запрыгнул. — А ты тяжёлый, килограмма 3–4. И вы все такие необычные, цветные, как и всё кругом.
Другие зверьки радостно забегали вокруг Агаты, пятнистый малыш подошёл к её ноге и с интересом рассматривал её пальцы, другой ярко-зелёной окраски расположился между её ног и притворился, что спит. Только когда они угомонились, девушка поняла, что с ними что-то не так. У некоторых отсутствовали конечности, пальчики, лапки, глазки, и это явно не было задумано природой.
— Агата! — Айрус закричал на весь вольер. Звери не убежали, они лишь притихли и прижались к девушке.
— Я здесь, — тихо ответила она, пытаясь погладить каждое живое существо.
Картина, что открылась перед Айрусом, навсегда останется у него в памяти. Голая, грязная, в окружении макакичей, вот его выбор. Не жалея костюма, Айрус плюхнулся рядом, накрывая плечи девушки своим пиджаком.
— Я вся грязная, ты уверен?
— Уверен, — улыбаясь, ответил он.
— Как ты зашёл?
— Через дверь, их же когда кормят, не прыгают в яму. — Чёрный улыбнулся ещё шире, убирая выбившиеся прядки за ухо. Его руку обхватил один из малышей.
— Гуа-Уга.
— А ещё что скажешь?
— Гыыы. — Животное повисло на его руке, оголяя израненное пузико.
— Они все в ранах… У одного вообще лапки нет, у того глаза, что с ними случилось? Неужели они настолько беззащитные в дикой природе?
Айрус вздохнул, поглаживая макакича. — Это дети, взрослый макакич достигает 140 килограммов, сильные, но не агрессивные. И нет, они не беззащитные, просто… Мой отец решил расширить столицу.