Когда они с Кёнигом скитались по разнообразным человеческим поселениям на материке, больше походившим на какие-то убогие, жалкие норы для крыс, Эмма слышала эти разговоры об Ашене. Информация о нём передавалась шёпотом у костров, подкрепляемая зловещей интонацией и многозначительными взглядами. Потому что если тебе удавалось сбежать из Ашена, чтобы потом рассказать о нём... О... Ну тогда ты был везучим ублюдком и круче тебя были только варёные яйца. Ашен никогда добровольно не отпускал на свободу то, что считал своим. Эмма, затаив дыхание и раскрыв рот, впитывала истории об умопомрачительных оргиях и жестоких гладиаторских боях. О том, как вампиры, словно боги, спустившиеся с небес, правят людьми и одаривают их своей милостью. О том, что если ты понравишься, если твоя кровь особенно вкусна, ты сможешь приблизиться к пьедесталу и купаться в обожании и богатстве. О том, что вампиры там красивы, как ангелы, и развратны, как дьяволы. И главным в этих повествованиях всегда был он. Грейвс. Правитель Ашена.
Кёниг неизменно презрительно фыркал, заслышав эти россказни, и уводил Эмму спать. Она раздражалась на него из-за этого. Нет, она правда очень сильно любила брата, но как можно было быть таким опекающе-занудным? Он был таким и раньше, с самого детства. Заботился о ней, защищал. Не спешил уезжать из города, где они жили, оберегая её от отца, пока она не закончила школу. И лишь после того, как сестра получила аттестат, подписал контракт с армией, снял рядом со своей базой квартиру и забрал её с собой. Они только-только почувствовали вкус свободы. Только научились жить без оглядки на старые страхи и травмы. И тут случился апокалипсис. Им повезло. Они не превратились в гулей или вампиров, остались простыми людьми. Ну по крайней мере, это Кёниг считал, что им повезло. Он искренне презирал всех кровососов, у него были плохие ассоциации с теми ублюдками, что травили его в детстве. Он полагал, что вампиры были такими же тварями, готовыми ради собственного удовольствия на всё, даже издеваться над себе подобными. Да и правильно полагал, чего уж там скрывать.
Но иногда Эмма думала: что если бы у них тоже обнаружился этот ген, если бы они стали элитой, а не кормом, как бы всё изменилось тогда? Они бы жили в большом и защищенном аванпосте и не были бы вынуждены бродяжничать по пустошам, что кишели кровожадными гулями. У них было бы всё, чего бы они не пожелали, дом, еда, высшее положение. И иногда она позволяла себе немного помечтать об этом. О том, как сложилась бы её жизнь, если бы она жила в Ашене. Она грезила однажды увидеть этот город своими глазами. Только вот никогда не думала, что ей придется его увидеть в качестве рабыни и скота, которым будут торговать.
Эмму привезли в Ашен связанной в кузове провонявшего кровью и дерьмом грузовика. Привезли на продажу мужики, которые наткнулись на поселение, в котором на тот момент они с Кёнигом остановились. Как и еще нескольких молодых девушек и юношей вместе с ней. Потому что некоторые люди сотрудничали с вампирами. Ну вернее, как сотрудничали? Были на побегушках, выполняя за них грязную работу. И это сейчас не о тех питомцах, которые обитали и трудились в вампирских поселениях на правах слуг. Это о бандах в пустошах. Вампиры давали им оружие, защиту, продукты. Они же разведывали дорогу к убежищам людей и привозили своим хозяевам ценный товар — других людей. Эмму схватили, когда она возвращалась от ручья, где стирала одежду. Заткнули кляпом рот, связали, увезли. Она не запомнила дороги, не знала, куда её забрали, и что с Кёнигом. Слышала только, как торговались её похитители с вампирами, выбивая за добычу плату побольше. Потом её куда-то вели, она видела шумные грязные улицы и большие мрачные дома. И в конце концов её заперли в подвале. Одну. Потому что кто-то из вампиров сказал, что босс любит светленьких, а значит она была особенной зверушкой.
Эмма потеряла счёт времени, замерзла от сидения на холодном каменном полу, устала, измучилась, проголодалась и очень хотела пить. А ещё ей было до безумия страшно. Она то и дело всхлипывала и утыкалась лицом в тощие коленки, которые обхватывала дрожащими руками, в попытке спрятаться от реальности. Она хотела к Кёнигу, чтобы он обнял её, защитил, закрыл собой от опасности, как делал это всегда. Надеялась на чудо, на то, что брат её обязательно найдет, придет за ней и заберет домой. Но вместо Кёнига в подвал спустился тот, чье существование она и вовсе иногда считала просто мифом и глупыми сказками, которыми они пугали друг друга у костра.