Рейн вышла из ванной по прежнему голая. Чувство стыда, как и базовые правила приличия, в ней, похоже, с успехом атрофировались. Кёниг понаблюдал за тем, как капли влаги скатывались вниз по молочно-белой коже, как соблазнительно подпрыгивала её аккуратная спелая грудь, пока она, нагнувшись в поясе, вытирала большим махровым серым полотенцем волосы, свесившиеся длинными прядями прямо к полу. И сказал, усмехнувшись криво, когда она застыла в движении, заслышав его голос — кровососка явно не ожидала от него такой быстрой капитуляции.
— Я подумал о своём поведении... госпожа.
Рейн медленно выпрямилась. Чёрные мокрые локоны облепили её тело, делая кожу на контрасте ещё более бледной. Взгляд карих глаз вперился в него, изучая, препарируя, как лягушку под микроскопом. Губы искривились в хищной ухмылке, и она облизнула нижнюю, задержав кончик языка на клыках.
— Ну надо же... Питомец умеет разговаривать, — протянула язвительно, отбросила полотенце на комод и сделала шаг к нему. — И что же ты там надумал, малыш?
Кёниг скривился, благо под маской она не могла этого видеть. Нахальная тварь. Малыш. Он был больше неё раза в два точно, а она продолжала себя вести так, будто он был всего лишь пылью у её ног.
— Надумал, что хочу вам угодить, — сказал и посмотрел ей в глаза. Прямо, честно, заискивающе. Как настоящий щеночек. Ей понравилось. Рейн подошла ещё ближе. Остановилась прямо перед ним. Холодное совершенное тело, прекрасное в своей смертоносности. Она приподняла его подбородок пальцами, заставляя глядеть на неё снизу вверх. И он глядел, как преданный пёсик. — Что мне сделать, госпожа? Вы хотите крови? Может быть, моего члена?
Его рука поднялась осторожно, неторопливо, будто спрашивая разрешения. Подушечки пальцев, такие горячие по сравнению с её собственным телом, такие живые, легко прикоснулись к её ноге чуть выше колена. Провели по гладкой коже сбоку, вверх по бедру. Данмер улыбнулась, не останавливая. Кёниг погладил изгиб талии, сдвинулся ближе, ерзая задницей по полу. Она теперь стояла между его ног. Он наклонился вперёд, потерся носом о впалый живот, ткань маски защекотала её кожу, и он увидел, как вокруг её пупка собрались мурашки.
— Ты же хочешь? — выдохнул, сжимая уже обе ладони на её ягодицах. Она даже не сопротивлялась, когда он дернул её вниз, уложил на пол, подмял под себя, накрыл её маленькое холодное тело своим огромным и горячим. Цепь звякнула, когда прижал голову к её шее, прошептал неразборчиво, приглушенно из-за ткани. — Хочешь, чтобы я тебя трахнул? Я могу так, что тебе понравится. Жёстко, грубо и быстро. Или нежно и медленно. Как захочешь. Я буду очень хорошим мальчиком. Хочешь, чтобы я тебя порадовал? Вставил в тебя свой член?
Она выгнулась под ним, раздвигая бедра. Кёниг огладил руками тонкую талию, смял ими приятную на ощупь грудь с твердыми торчащими сосками. Она великолепно ощущалась под ним, даже если и была кровососущей мразью. Её мягкие изгибы идеально вписывались в его твердые мышцы, и если бы они продолжили, он бы дал гарантию, что у него точно встанет на неё. Но Кёниг проверять эту теорию не собирался, сместился резко вниз, навалился на Рейн всем весом и быстрым движением рук попытался обернуть вокруг её шеи цепь.
Напасть на вампира было довольно легко, если они не были готовы. Долбанные кровососы были быстрыми, с ускоренной реакцией, да. Но он уже убивал нескольких и знал прекрасно, что они, возможно, и сильны, но точно не непобедимы. Поэтому был полностью уверен в своих возможностях. Чего он точно не ожидал, так это того, что эта, выглядящая как слабая, тощая малолетка, девка окажется настолько впечатляющим противником. Он даже не смог уловить толком её движений. Её тело превратилось в смазанное пятно. Вихрь скорости, не доступный обычному, человеческому зрению. Она извернулась, гибкая и пластичная, как змея, выскользнула из-под его тела. Кёниг не успел осознать, когда его ладони вместо её округлостей ухватили воздух, а долбанная вампирша уже сидела верхом на его спине и цепь затягивалась на его шее. Так крепко, что дышать стало проблематично.