— Ну теперь можно и в душ, — протянул медленно, поглаживая пальцами её бедро. — Если хочешь.
— Нахуй твой душ, — пробурчала Эмма измотанно. Мышцы протестовали при одной только мысли, что придется куда-то идти. Тело ещё подрагивало от отголосков оргазма, и хотелось просто лежать вот так до следующего столетия. — Нахуй твой секс. Нахуй твои катаны. И нахуй тебя. Кусать будешь?
— Не буду, котёнок, — мурлыкнул Грейвс, не реагируя на оскорбление. — Я ж не изверг какой-то. Моя девочка и так устала. Моей девочке нужно отдохнуть.
— Ну и прекрасно. Тогда я спать. А ты нахуй, если вдруг забыл, — проворчала Эмма неразборчиво и провалилась в сон без сновидений.
И наверное это была её первая ночь в Ашене, когда она не планировала, каким образом лучше всего этого мудака убить.
6. Неизбежное зло
Подвалы под казармами Ноктиса были мрачным местом. Рыжие кирпичные стены, покрытые чёрно-бурым склизким налетом плесени. Затхлая влажность, запах гнили, трубы под стенами и на потолке, капающие конденсатом. Тусклое мигающее освещение, не дающее рассмотреть ничего дальше собственного носа. Но вампирам и не нужно было что-то более яркое. Такая приглушенная тьма была комфортна для чувствительной сетчатки, заточенной под ночное видение. А люди сюда спускались очень редко. Так что менять что-либо в удручающей обстановке никто не видел особого смысла.
Обычно здесь запирали клыкастых, которые по какой-то причине слетали с катушек. Такое бывало редко, но всё же случалось. У обращенных, испивших слишком много за раз, могли отказать тормоза из-за опьянения кровью. Или вампир вдруг встречал человека, кровь которого по каким-то причинам манила его, будто наркотик, и превращался в безмозглого зверя, ведомого одним лишь желанием осушить. Таких Рейн оставляла здесь на пару недель, чтобы посидели в тишине, подумали о жизни, пришли в себя. Для этих целей тут и было устроено что-то вроде камеры.
В дальнем краю был угол, огороженный крепкой стальной решеткой. Толстые прутья были глубоко вмурованы в бетонный пол. Вырвать такие было бы очень проблематично даже для вампира в бешенстве. Да и Вега обычно колола им успокаивающие препараты, так что проблем никогда не возникало. Сейчас же перед решеткой собралась почти вся верхушка Ноктиса. Марлоу в неизменной чёрной униформе задумчиво чесал подбородок, Кроу в джинсах и кожанке жевал губами сигару, Райли в болотного цвета брюках-карго и сером лонгсливе стоял, скрестив руки на груди, и пялился на пленника. На этот раз в камере заперли не вампира-нарушителя, и даже не бедолагу человека, провинившегося чем-то перед хозяевами. За железными прутьями, отсвечивая в темноте бледной синюшной кожей, бездумно толкался из угла в угол гуль.
— Странно, пиздец, — высказался Марлоу, прерывая гнетущую тишину, и сплюнул сквозь зубы. — Чё он вялый какой-то?
Гуль и правда был нетипично спокойным. На вампиров они, конечно, реагировали не так остро, как на людей. Учуяв запах человека, гули буквально безумели и готовы были на всё, чтобы разорвать. Но и собратьями по вирусу, так сказать, никогда не были против полакомиться. А это значило, что они рычали, визжали, бросались вперед в попытке напасть, укусить. Этот же... просто ходил. Равнодушно, безэмоционально, время от времени поднимая безносую морду вверх и принюхиваясь, он скользил пустым белесым взглядом по тройке вампиров, расположившихся по ту сторону ограждения, без особого интереса и как-то печально и потерянно скулил.
— Может, болеет чем-то? — предположил Кроу, вытащив сигару изо рта и покрутив её в пальцах. — Может, новый вирус какой-то, а? Гулей подтачивает, и они медленно чахнут.
— Не говори ерунды, — скривился Саймон, но абсурдность ситуации и ему действовала на нервы. Всё, что выбивалось из нормы, никогда не приводило ни к чему хорошему на его памяти. Уж эту истину он на своей шкуре хорошо усвоил. — Надо Вегу позвать.
— А нихуя! — мгновенно ощетинился Марлоу, словно он разом предложил ему не только её привести, а и собственноручно в пасть долбанному гулю засунуть. — Почему не Рейн?
— Да поостынь ты, — успокаивающе шагнул между ними Кроу, который всегда занимал роль своеобразного арбитра между вспыльчивыми товарищами. — Оба успокойтесь. Гоуст прав. Если Рейн позовём, она сразу гуля прикончит, а нам по шапке настучит. Пусть Вега посмотрит, она в этом больше разбирается. Или ты думаешь, что мы втроём её защитить не сможем от одного дохлого гниляка?