Марлоу продолжал чесать языком. Саймон молчал. Просто смотрел на нее янтарными глазами сквозь чёрные провалы глазниц маски-черепа. Рейн не могла разобрать, чего больше было в его глазах: злости, гнева, боли, предательства, или всего этого вместе взятого. Он знал, поняла она с кристальной ясностью. Знал о том, что она сделала. Запахи помогли узнать. Она пахла привычно притягательно для него. Сладко и пряно, от её запаха ему всегда крышу сносило напрочь. Теперь к этому привычному запаху примешивался ещё и явный аромат секса. Она пропахла похотью и кровью питомца, будто искупалась в ней с головы до ног. Саймон перевёл взгляд на Кёнига, тот стоял чуть позади неё огромной горой мышц, прямо за её плечом, как будто это место было ему положено. Он разглядел следы укуса на его шее. Две аккуратные точки, не прикрытые почему-то тканью чёрной тряпки, которую он носил на голове. И чертов питомец тоже пах сексом и ей.
— С пользой время провели? — Саймон выдал глухо, опустив глаза в землю, сдерживаясь из последних сил, чтобы не наброситься. Не знал, на кого хотелось наброситься больше, на чёртова австрийца, или на неё. Но сорваться при всех было бы унижением. Как выставить на всеобщее обозрение собственное грязное белье. А раскрывать своё внутреннее перед посторонними он не любил никогда. И всё, что он мог позволить себе сейчас — это вот эти злые слова. — Смотрю, не скучали в канализации, пока мы через толпы гулей продирались, жопами рискуя.
— С пользой, — Рейн поморщилась. Конфликт развивать она не хотела, как и ранить его ещё сильнее, чем уже сделала, не хотела тоже. Старалась отвечать спокойно и выверено. — Меня тоже гули потрепали. Кровь ускорила регенерацию. Просто необходимость.
— Необходимость, да? — Райли усмехнулся как-то зло, без настоящего веселья в голосе. — Секс тоже способствует регенерации? Новые научные разработки? Прорыв в области вампирского исцеления?
— Саймон. Закрой рот, — Рейн нахмурилась и зло вскинулась. — Это не тема для обсуждения в данной ситуации. И с кем я сплю, уж точно не твоё дело.
— Не моё. Ну конечно, — Райли хмыкнул с горечью. Сам понимал, что нужно заткнуться и не превращать их разборки в посмешище для остальных. Не понимал только, почему не мог перестать. В груди обидой жгло и какой-то ядовитой яростью. Которую он предпочитал выплеснуть на неё. Сделать ей больно так же, как и она сделала ему. Потому что знал, если только посмотрит на долбанного питомца за её спиной, сдержаться не сможет, разорвёт в клочья. А после этого всё точно испортится ещё больше между ним и Рейн. Хотя куда уж больше? Он наклонился к ней, губы зависли над её ухом, дыхание шевелило волоски на её шее, и она поежилась. А Саймон сказал, тихо, так чтобы слышала только она. — Моё дело только послушной шавкой у твоих ног сидеть. Приказы твои выполнять. И член свой предоставлять тогда, когда тебе хочется. Знаешь Рейн, никогда не думал, что я для тебя просто вот это. И никогда не думал, что у тебя получится сделать мне больнее, чем все остальные, что уже делали до тебя.
— Сай, я... — Рейн сглотнула вязкую горечь, внезапно скопившуюся в горле. Вскинула голову, собираясь сказать ему... Да хоть что-то, чтобы чувствовать себя хоть на немного чуть менее мерзко. Он слушать не стал. Развернулся резко и пошагал к машинам. Она закрыла глаза и выматерилась. — Блять...
За её спиной с шумом выдохнул Кёниг, как будто ему не нравилось это её напряжение, и то, что она нервничает. Рейн вскинула руку вверх к лицу и потёрла глаза.
— Ну, в общем-то да... — Марлоу неловко почесал затылок и постарался перевести тему. — Так о сообщении. Ашен связался по радиосвязи с Ноктисом. Они с вечера нас вызывали, но мы под землёй бродили, как крысы. На подступах к столице многотысячная армия гулей, нападают сплошными волнами. Практически без перерыва. Они пока отбиваются, но долго не выдержат. Ждут подкрепления от всех городов. Кроу уже готовит свободные отряды, и они выдвигаются.
— Твою ж, сука, мать его за ногу... — Рейн устало вздохнула и снова открыла глаза.
Если Грейвс объявил общую мобилизацию, значит, дело было действительно дрянь. И если Ашен падёт, то кто станет следующим? Необходимо было выбирать: бросить все силы на помощь союзникам и попытаться победить в этой войне, оставив тем самым Ноктис беззащитным. Или вернуться домой и рассчитывать только на себя. И это было, наверное, самое сложное в её жизни решение. Марлоу посмотрел ей в глаза, увидел там сомнения и сказал глухо: