«Ничего страшного, — сказал голос в его голове растерянно. — Мышка просто перенервничала. На самом деле она не хотела нас убивать. Она нас любит».
«А ничего так малышка... — мечтательно протянул второй. — Фурия. Валькирия. Такая сексуальная, когда злится. Глаза, как звёзды, сияют. И румянец такой на щеках... У меня, блять, на неё встал».
Никто, в принципе, согласился с последним утверждением. У его мышки, оказывается, было не только обалденное тело и смазливое личико. У неё был огонь внутри. Стержень. Характер. Она была ему под стать. И ему это нравилось. Настолько сильно, что даже нападение на себя он был готов ей простить.
— Мышка, вернись, перестать бежать от нас. Мы не злимся, — сказал он, улыбнувшись, и двинулся в её сторону.
Вега отшатнулась подальше. Обернулась отчаянно. В голове билась только одна мысль: бежать. Бежать было некуда. За её спиной уже собралась стая гулей, которые преследовали её по коридорам и наконец-то догнали. Спереди приближался Никто. Она всхлипнула, свернула в бок, в какую-то темную комнату без окон. Прижалась спиной к стене, смотря на то, как он приближается.
— Мышка, правда. Успокойся. Мы не хотим тебе зла.
— Не подходи! — Вега выкрикнула запальчиво. Обхватила металлический штырь двумя руками и приставила острие под свой подбородок. Никто замер на полу шаге. Она увидела, как нахмурилось его лицо. Маску он перестал носить сразу после падения Умбры. — Я не хочу твоего нового мира. Не хочу смертей. Не хочу смотреть, как ты убиваешь тех, кто мне дорог. Я не хочу в этом участвовать!!! Моя кровь даёт тебе силы управлять ими да?! Я так важна для тебя? Нужна тебе живой? Я не позволю этому продолжаться. Так или иначе тут и сейчас всё закончится.
— Мышка, не смей, — Никто зарычал недовольно.
Он понимал, что она хочет сделать. Этой чёртовой железякой, которую неизвестно где нашла и теперь прижимала к себе. Проткнуть подбородок, сквозь нёбо и дальше. Повредить мозг. Тогда бы она умерла сразу, на месте. Мозг, как и сердце, вампиры не могли с успехом регенерировать. Никто почувствовал, как его захлестывает ярость. Он столько времени её искал! А она хотела просто бросить его?! После всего, что он для неё сделал? Ради неё...
«Останови её. Сейчас же. Немедленно, — шипели взбудораженным гулом в его голове в унисон все голоса сразу. Они тоже паниковали, как и он сам. И злились до белой пелены перед глазами. Где-то там, вдалеке, под стенами Ашена завыли тысячей голосов гули, над которыми он начал терять контроль. — Без неё это всё неважно. Без неё нам незачем жить. Спаси мышку!!!»
Всё тело Никто напряглось, как у хищника перед броском. Он снова зарычал. Глухо, в горло. Как зверь, паре которого грозила опасность. Вега посмотрела на него заплаканными глазами. Он сжимал кулаки, стискивал челюсти. Он был в ярости. За его спиной метались и скулили встревоженные гули, заведённые эмоциями своего хозяина.
Вега не хотела умирать. Она хотела жить. Тосковала по Марлоу, не представляла, как будет жить без него. Но она ему обещала, и очень хотела попробовать. Она хотела вернуться в Ноктис. Обнять Рейн. Посмеяться с Кроу и просто помолчать с Саймоном. Увидеть своих друзей. Остаться с ними. Строить с ними свой маленький уютный мир. Она отчаянно хотела полюбоваться ещё хоть раз звёздами. Ощутить на своем лице теплое прикосновение солнечных лучей, даже если они будут слепить её до слёз. И высадить новые цветы в том маленьком садике возле стен их дома в Ноктисе, чтобы можно было ночью вдыхать их аромат и понимать, насколько прекрасной и совершенной может быть жизнь. Вега осознала, что она до боли отчаянно хочет жить.
На что мы готовы ради спасения своих близких? Наверное на всё. Даже на то, чтобы убить себя, не оглядываясь ни на какие свои желания.
Вега закрыла глаза и толкнула руки с железным штырём вверх.
***
Солнце скатывалось всё ниже и ниже к горизонту. Кроу притопил педаль газа в пол, и внедорожник задребезжал на выбоинах старой асфальтированной дороги, увеличивая скорость.
— Эй, полегче, — сказала Рейн и ухватилась за ручку над дверью, удерживая тело от метания по салону. Она сидела на переднем, рядом с Кроу. Сзади — Марлоу и Кёниг. Саймон так и продолжал её игнорировать и ехал в другой машине. Острая боль вины внутри неё поутихла немного, сменившись тупым жжением раздражения. — Не хватало ещё впечататься куда-нибудь.
— Время, — Кроу зыркнул на неё, пригладил торчащие тёмные волосы и почесал кустистую бороду, не забывая крутить руль. — Маркус передавал, что гули аккурат к закату вылезают. Задержимся, сметут ещё на подходах.