Выбрать главу

Вернувшись в питомник, он прислушался. Из главного зала доносился мерный стук пестика о ступку — Кай готовил корм. Элиот быстро прошел в свою спальню, переоделся. Пропитанная одежда неприятно пахла, но сидела по-старому, не стесняя движений. Сетку, очки, сапоги — всё проверил. В походную сумку уложил нейтрализатор, мазь, флягу с водой, пустые контейнеры для проб. Временное хранилище - это очень удобно, но нужно максимально быстро реагировать на любые кислоты пролитые на его тело.

Затем он вызвал Шепота и Сокола. Оба питомца моментально отозвались на ментальный зов, появившись в коридоре. Элиот послал им чёткий, жёсткий импульс: Среда высшей опасности. Кислота. Неизвестные угрозы. Постоянная бдительность. Абсолютное подчинение.

В ответ пришла волна готовности от Шепота и острого, похожего на голод, ожидания от Сокола.

Тренировочный двор был пуст. Песок, утрамбованный многочисленными упражнениями, холодные каменные стены по периметру. Элиот отошёл в центр, убедившись, что ни одна щель, ни одно окно не выходят прямо сюда. Он достал Фолиант.

Книга открылась на нужной странице сама. «Ржавые каньоны. Ранг: C-. Тип: гео-химическая аномалия, зона высокой коррозии. Флора/фауна: адаптированы к кислотной среде, обладают металлизированными покровами…» Он пропустил знакомое описание. Внизу страницы мерцал простой символ — переплетённые кольцом ключ и щит. Инструкция Фолианта была проста: ввод маны в символ в подходящем месте откроет нестабильный проход.

Элиот положил ладонь на страницу, чувствуя, как ядро маны в его груди откликается. Энергия потекла по жилам, впитываясь в пергамент. Символ загорелся тусклым медным светом.

Воздух на дворе застыл, потом завихрился. Запах озона и раскалённого металла ударил в нос. В двух шагах от Элиота пространство затрещало, как ломающееся стекло, и разорвалось. Возникла вертикальная щель, высотой в два человеческих роста, с неровными, пульсирующими краями цвета ядовитой зелени и окисленной меди. От неё исходил сухой жар, а песок под ней шипел и чернел, плавясь в бурые стеклянистые капли.

Без колебаний, с одним последним взглядом на глухую заднюю стену питомника, Элиот шагнул в разрыв. За ним, не отставая ни на мгновение, проскользнули Шепот и Сокол. Расщелина сомкнулась с глухим хлопком, оставив после себя только опалённый, дымящийся пятачок земли и тяжёлый, едкий запах.

---

Первое, что атаковало — не чудовище, а сам воздух.

Элиот очнулся, стоя на твёрдой, ноздреватой поверхности. Вокруг высились стены из чего-то, напоминающего спёкшуюся ржавчину и шлак. Небо было скрыто плотной пеленой жёлто-бурых испарений, от которых резало глаза даже сквозь очки. Воздух был густым, обжигающе-кислым на вкус даже сквозь сетку. Дышать было тяжело, каждый вдох обжигал лёгкие.

Под ногами — не земля, а причудливые пористые наплывы, похожие на окаменевшую пену. Местами из трещин сочилась жидкость цвета отработанного масла, пузырилась и испускала едкий дым. Ветра не было, но в ушах стоял постоянный гул, словно где-то в глубине каньонов работал гигантский, проржавевший механизм.

Шепот прижался к его ноге, хитин слегка дымился, но выдерживал — его собственная кислотная природа давала базовую защиту. Сокол же, казалось, чувствовал себя почти в своей стихии. Он обнюхивал воздух, его хитиновые пластинки вибрировали, улавливая вибрации.