Коба, пыхнув дымом из трубки, усмехнулся.
— Думаю, товарищ Вознесенский говорит дело, — сказал он, — давайте обсудим его предложение…
Берия, конечно, высказался за. Пусть этот молодой таскает каштаны из огня политической борьбы, а там посмотрим, куда кривая выведет.
Хозяин Лубянки остался доволен прошедшим днем. Гроза миновала — во всяком случае, пока. Пусть будет съезд — за его организацию головой отвечают другие.
На следующее утро после того, как Иван и Зина устроились в поселке, они сразу же отправились в дом культуры — надо было разгрузить полуторку с книгами и агитационными материалами. Дело продвигалось быстро — Зина на правах библиотекаря командовала, что куда складывать, а Иван выполнял указания. У входа в библиотеку постепенно росли тома русской классики, периодических изданий, и, конечно, сочинения Ленина, Сталина и основателей диалектического материализма.
— Закончим с разгрузкой, возьмусь за мебель, — сказал Иван, кивнув на сломанные столы и остатки стеллажей для книг — из последних уцелело совсем немного, ими топили в холодные зимы, особенно в сорок первом.
Зина тут же согласилась. У нее самой разбегались глаза — хотелось начать все сразу: как следует оформить вход в библиотеку, подготовить формуляры, выбрать место для читального зала… За четыре года она успела забыть — каково это, заниматься любимым делом, и теперь с удовольствием вспоминала.
Они как раз заканчивали разгрузку полуторки, когда на дороге показался черный «Виллис». Подъехав к дому культуры, машина затормозила. Из нее вышли двое в штатском и один в форме.
— Здравствуйте, товарищи, — поприветствовал Зину и Ивана тот, что был в форме. По тону чувствовалось, что он привык распоряжаться. — Я Сергей Юрьевич Фролов, назначен секретарем местной ячейки партии. А вы кто будете?
Иван и Зина представились.
— Очень хорошо, меня о вас предупредили, — сказал Фролов, — одну минутку, пожалуйста.
Подойдя к своим спутникам, он им что-то сказал, после чего они сели в машину и уехали.
— Товарищи, — Фролов обратился к Ивану, видимо, решив, что он тут главный, — мы можем где-нибудь поговорить? Желательно, наедине.
Иван и Зина переглянулись.
— Может, в бараке? — неуверенно предложила девушка.
Старшина усмехнулся.
— Наедине там точно не получится, — сказал он, — там стены тоньше пальца, да еще со щелями. Товарищ секретарь, давайте здесь. Не очень удобно, но никто не помешает.
Они прошли внутрь дома культуры. В актовом зале сохранились скамьи, на которых они устроились.
— Вот что я должен вам сказать, товарищи. Моя основная задача — восстановить в поселке советскую власть. Думаю, вы понимаете, насколько это важно.
Выдержав небольшую паузу, он продолжил.
— Основная трудность здесь вот какая. Мы не можем опираться на представителей власти, оставшихся здесь после оккупации в сорок первом. Те, кто остался верен советским идеалам, погибли в немецких застенках. А те, кто предал родину и стал с сотрудничать с немцами… скажем так, нас они не интересуют, ими будут заниматься компетентные органы.
— Возможно, есть те, кто ушел с отступающей армией. Может, попытаться их разыскать и доставить сюда через коридоры? — вставил старшина. — Мы ведь можем это сделать?
Фролов бросил на него пристальный взгляд.
— На первый взгляд разумно, — сказал он с интонацией размышления, — но на этих людей мы тоже не можем положиться. Они долго находились под влиянием псевдосоциалистических идей левацкого толка. Возможно, со временем они смогут очиститься от этой накипи… но, повторю, потребуется время. А действовать надо сейчас.
Иван бросил взгляд на Зину — поняла ли она сказанное Фроловым между строк? Секретарь не осуждал Троцкого прямо, а только некоторые «левацкие идеи». Возможно, учитывая его авторитет, решили не дразнить местных лишний раз. Кроме того, подумал Иван, вряд ли партийные товарищи, присланные из Москвы, смогут произнести «Троцкий» иначе чем с интонацией праведного гнева, воспитанной в тридцать седьмом, да и раньше — а это вряд ли уместно при строительстве мирной жизни на освобожденных территориях.
— В общем, товарищи, нам надо растить новые кадры, — тон Фролова снова стал деловым, бодрым, зовущим на трудовой подвиг. Видимо, секретарь имел неплохой опыт выступлений на партийных собраниях, — и делать это надо, не откладывая в долгий ящик. У вас уже есть план мероприятий на ближайший месяц?
Иван с Зиной переглянулись.