— Посмотри, — он кивнул на иллюминатор, — вот с чем нам придется разбираться.
Самолет шел по кругу на небольшой высоте, давая рассмотреть то, что внизу. Две широкие полосы клубящегося тумана, длиной с пару километров каждая, сходились, образуя нечто вроде облака. Между полосами шла дорога, исчезавшая в облаке. Из тумана исходило голубоватое свечение.
— Можешь объяснить? — спросил Громов. — Или спросонья плохо соображаешь?
Саша покачал головой.
— Не знаю.
— Вероятно, плазма или что-то подобное, — предположил профессор. — Интересно, что ее стабилизирует.
— А это вы объясните? — связист показал на машину, двигавшуюся к облаку по дороге. Вскоре машина скрылась в тумане. Судя по ее скорости, она должна была показаться через несколько секунд. Прошло полминуты, машины не было.
— Если она не заглохла, то это я объяснить не могу, — признался Громов.
— Не заглохла, — подтвердил связист, — вы сами в этом убедитесь.
Глава 4. РАЗВЕДКА И НАУКА
Когда капитан Валерий Скадов, командир разведгруппы, получил задание от генерала Говорова по выявлению дисклокации группировок противника в районе Рабенберга и установлению их боевых возможностей, то ничем не высказал своего удивления. Скадов знал, что к двадцатым числам мая последние разрозненные группы немецких войск в западной Германии либо были уничтожены, либо сдались в плен. Тогда зачем проводить разведывательные мероприятия?
Однако у генерала, похоже, была другая информация.
— Валерий, ты должен передвигаться так, будто находишься в тылу врага, — предупредил Говоров. — В населенные пункты не заходить. Ты ведь участвовал в обеспечении «Багратиона»? Помнишь, как работали тогда?
Скадов сказал, что помнит.
— Действуй так же. И вот еще что. Если захватишь языка, будет здорово.
— Какого языка? — вырвалось у капитана. Язык после того, как война закончена? Какую информацию он может дать? Вооруженных немцев надо брать в плен или уничтожать, о чем с ними разговаривать?
— Такого же, как и в сорок четвертом. Ты понял меня?
— Так точно, товарищ генерал! — Скадов вытянулся и отдал честь.
И вот теперь его группа двигалась в лесном массиве южнее Рабенберга вдоль шоссе, наблюдая за ним. Судя по карте, эту местность должны были контролировать американцы, на пока никаких следов их присутствия Скадов не обнаружил — проехали только несколько гражданских машин, немецких, причем на борту одной из них красовалась свастика: наверное, еще не успели стереть. Водитель и пассажиры сильно рискуют, мелькнула мысль.
Шоссе, огибая невысокий лесистый холм, делало поворот, из-за которого послышался еще далекий шум моторов. Приближалась колонна тяжелой боевой техники. Скадов сделал знак всем залечь.
— Вроде танки. Но на «Шерманы» не похоже, — шепнул Андрей Скворцов, залегший рядом с командиром. В разведку он пришел из танковых войск, поэтому любую машину мог определить по звуку работающего двигателя или лязгу гусениц.
— Сейчас увидим, — ответил Скадов.
Шум постепенно усиливался, однако, когда разведчики уже ожидали появления головной машины, колонна затормозила. Скворцов и Скадов переглянулись. Вместо танков из-за поворота показалась группа автоматчиков, осторожно продвигающихся вперед под командованием офицера. Они держались на обочине шоссе, но ближе к лесу. Разведгруппа оставалась далеко в лесу, так что немцы заметить ее не могли. Когда автоматчики удалились метров на сто от поворота, офицер отдал команду. Солдаты, нацелив стволы на лес, заняли позиции по сторонам шоссе.
Звук двигателей усилился. Сначала показалась разведывательная машина пехоты, а за ней, одна за другой, выдвигались «Пантеры» — всего десять машин, неполная рота. Когда колонна вышла целиком, танки остановились. Солдаты погрузились в разведывательную машину, и колонна возобновила движение.
— Вот черт! — прошептал Скворцов. — Десять «Пантер»!
— Надо предупредить наших, — сказал Скадов.
Он подозвал радиста и приказал передать в штаб Говорова о том, что на восток по шоссе идет танковая колонна. Если скорость движения не изменится, через полтора-два часа они появятся перед позициями, занятыми советскими войсками. Дождавшись подтверждения приема, Скадов приказал двигаться дальше.