Модель собирался этим воспользоваться. В кои-то веки он сможет разгромить крупнейшую войсковую группу Советов и вновь занять столицу Рейхскомиссариата. Генерал-фельдмаршал не сомневался, что ОКХ одобрит операцию и выделит необходимые войска.
План следовало разработать уже сейчас. Модель не любил атаки в лоб, предпочитая обходить позиции противника и брать их в «клещи» — этому он научился у Гудериана в 1941. Очевидно, самые боеспособные части Красной армии Говоров сосредоточил на западном участке фронта. И Гудериан, и Модель уже убедились в том, что новейшие советские танки ИС-3 в обороне представляли серьезную угрозы даже для «Маусов» — любимого детища фюрера, всегда приходившего в неистовство, когда ему докладывали о потерях «мышат».
Модель вызвал начальника штаба, генерала Ганса Кребса — тот достался ему от Гудериана. Генерал обладал феноменальной памятью, лично знал всех офицеров группы войск Рейхскомиссариата вплоть до батальонного звена, и за годы службы здесь объездил все вверенную ему территорию. Пережил уже три покушения, но всякий раз выходил сухим из воды, не считая легкой контузии, полученной во время поездки по плохо охраняемой дороге в лесах подо Ржевом.
Изложив свои соображения Кребсу, стоя перед огромной, во вся стену, картой Рейхскомиссариата, Модель спросил его мнение.
— Согласен с вами, мой генерал, что охват клещами предпочтительнее удара в лоб. Но есть серьезная проблема?
— Какая?
— Дороги.
Кребс подошел ближе к карте.
— Чтобы взять русских в клещи, нам нужно обойти их одновременно с юга и с севера. На северном направлении у нас есть свобода маневра, мы можем двигаться по Ленинградскому шоссе и по Волоколамскому, но вот на юге… — генерал покачал головой, — … придется преодолевать реку Москву. Новоспасский мост сейчас под контролем русских, и они прекрасно понимают его значение. Следующий мост, подходящий для тяжелой техники, находится вот здесь, — генерал спустился по карте значительно южнее, — и он контролируется нами.
— На сколько увеличивается маршрут? — спросил Модель.
— Километров сто пятьдесят — двести, не меньше, — ответил Кребс.
Модель в раздумьях зашагал по кабинету. Запас хода по шоссе у «Маусов» — всего сто километров, и это немецкие шоссе! Очевидно, они будут задерживать ударный кулак… об эффекте внезапности можно забыть. И еще одно неприятно кольнуло — а вдруг русские решат проблему с коридорами? Это был фактор неопределенности, предусмотреть который полностью он не мог. В любом случае, чем меньше времени будет у русских, тем лучше.
— Пожалуй, с этим мы ничего не можем сделать, — сказал Модель.
— Совершенно с вами согласен, мой генерал, — ответил Кребс.
— С одной клешней охватить русских не получится, — продолжил генерал-фельдмаршал, — тогда вся эта затея теряет смысл…
Модель остановился, глядя на план Москвы.
— Что ж, в таком случае остается один вариант — атака в лоб на западном участке фронта. По крайней мере, мы избежим всей этой возни с передислокаций тяжелых танков.
— Да, мой генерал. У нас полное господство в воздухе, и мы используем его полностью.
— Решено, — сказал Модель, повернувшись от карты к начальнику штаба. — Ганс, я прошу вас как можно быстрее оставить начальный план операции, отошлем его в ОКХ. Пусть там начнут шевелиться…
Глава 57.ПОДГОТОВКА К АТАКЕ
Передислокация подразделений с западного участка фронта на северо-восточный проходила ночью для обеспечения скрытности. Линия немецкой обороны на северо-востоке опиралась на реку Яуза и Верхнеяузкие болота. По данным фронтовой разведки, оборону здесь держали части второй румынской пехотной дивизии. Боевой дух румынских солдат был на невысоком уровне — в армии еще с сорок первого года росло глухое несогласие с Антонеску, решившим поддерживать операции вермахта далеко за пределами «Великой Румынии». И вот теперь политика диктатора привела к тому, что румынские солдаты должны воевать за Германию за тысячи километров от родной земли! Официально за такого рода разговоры полагалось дисциплинарное взыскание, однако на деле многие офицеры смотрели на это сквозь пальцы, сами разделяя подобное мнение.
Говоров сделал ставку на внезапное и быстрое продвижение танковых частей вдоль Ярославского шоссе. Основной ударной силой Говорова была Кантемировская дивизия, в составе которой имелись батальоны быстрых «тридцатьчетверок» и тяжелых «ИСов». Тактику использования танковых частей такого состава генерал отработал еще в Германии, в Висло-Одерской операции, когда подвижные соединения, прорываясь глубоко в позиции противника и обходя очаги сопротивления, кошмарили немецкие тылы и сеяли панику, внезапно появляясь там, где их не ждали. Этот же прием Говоров решил использовать и здесь. Он рассчитывал, что сейчас такая тактика окажется даже более действенной, чем в январе сорок пятого — во-первых, тогда советским частям противостояла немецкая армия, во-вторых, немцы воевали на своей земле, и в третьих — несмотря на все старания советского командования обеспечить внезапность, тогда вермахт ожидал наступление. Этих трех факторов, способных затруднить наступление, сейчас не было.