К концу сорок четвертого года все тяжелые танки Восточного Союза были радиофицированы, так что командир на марше имел возможность переговариваться с другими машинами. Дальность связи достигала сорока километров — это было неплохо, особенно если сравнить с первым годом войны, когда низкая надежность бортовых радиостанций, установленных, к тому же, только на командирских машинах, крайне затрудняло координацию действий.
Ковалев со своими двумя танками отъехал от Котельничей километров на десять, когда его вызвал штаб армии, располагавшийся в только что отбитом у немцев городе. Региональный штаб партизанского движения получил информацию о дислокации батальона немецких танков Т-4, недавно проведшего успешную атаку на тыловые подразделения наступающих войск Восточного Союза.
— Где и когда их видели? — спросил Ковалев.
— Два часа назад на проселочной дороге недалеко от поселка Свечи. Местные насчитали одиннадцать машин.
— Есть предположения об их задаче?
— Скорее всего та же, что и два дня назад — атака тыловых частей, — предположили в штабе.
— Согласен, — сказал Ковалев.
— Штаб армии получил приказ обнаружить и уничтожить противника. Решение задачи возложено на ваш батальон, — это был уже командующей армией, генерал Хвостов.
— Есть, товарищ генерал, — ответил Ковалев.
— Держите меня в курсе, — распорядился генерал, — и помните: нам нужно двигаться вперед как можно быстрее, чтобы соединиться с частями Говорова.
— Так точно, товарищ генерал.
Закончив разговор, Ковалев задумался. Одиннадцать машин — внушительная сила, несмотря на то, что каждая из них уступает «Льву»… Полковник развернул карту. До поселка, возле которого заметили немецкие танки, оставалось километров двадцать. Значит, немцы могут появиться в любую минуту. Связаться с ротой, отправленной к Шарья, полковник уже не мог — она уже была километрах в ста впереди, что превышало дальность радиосвязи. Оставалось два варианта — двигаться дальше с риском нарваться на немецкую засаду, или вернуться в Котельничи, чтобы усилить группу за счет отремонтированных машин: тогда уже немцы лишаться преимущества. Но темп будет потерян, и за эти несколько часов танки вполне могут покинуть район поселка. И где их тогда искать?
Едем дальше, решил Ковалев. Два «Льва против одиннадцати Т-4… Что ж, шансы всегда есть, если только грамотно ими воспользоваться.
Впереди показался поворот. Немцы могут быть где угодно — прямо за этим поворотом. Ковалев приказал остановиться и провел краткий инструктаж. Двигаться вперед теперь надо было со всей возможной осторожностью и смотреть в оба.
Командир батальона Т-4 Вальтер Курц оказался в своей стихии. Он был ярым поклонником Гудериана, изучил все его операции на Восточном фронте, особенно те, что «быстрый Хайнц» провел в первый год, и считал, что вполне перенял его искусство наносить неожиданные и стремительные удары. Правда, сейчас, в августе сорок пятого, ситуация неожиданно изменилась — вермахт оказался в положении обороняющейся стороны. Однако Курц быстро приспособился — не вступая в прямое столкновение в превосходящими его машины по огневой мощи и бронированию советскими тяжелыми танками, он совершал дерзкие рейды по тылам противника. И сейчас он готовил очередное такое нападение.
Разведка донесла Курцу, что пять часов назад в направлении Шарьи проследовала колонна тяжелых советских танков. Разумеется, Курц не рискнул ступить с ними в бой — преимущество «Львов» перед Т-4 слишком велико, даже эффект внезапности не помог бы. Но вот после этой колонны рано или поздно по шоссе должны были проехать бензовозы — а это уже лакомая добыча. Разумеется, бензовозы будут с охраной, но Курц считал, что справится с ней — все же одиннадцать Т-4 — немалая сила. К тому же вряд ли в боевое охранение поставят танки — их гнали на передовую.
Так что Курц, выслав дозор к дороге, ждал добычи. Его танки стояли на грунтовой дороге в нескольких сот метрах от шоссе, готовые к немедленной атаке по приказу командира. Быстрый и внезапный удар, в стиле Гудериана.
Однако Курц не знал одного — за ним наблюдают. Раз обнаружив танки, разведка партизан их уже не упускала. Оставалось только предупредить тех, кто едет по дороге, о засаде.
Это был парень в штанах и рубахе навыпуск, подпоясанный ремнем. Лес в этом месте подступил вплотную к обочине, и когда парень выбежал на дорогу, стрелок от неожиданности чуть не полоснул очередью. Отпустив гашетку, он провел рукой по лицу: пронесло…