— Полковник Ковалев, — ответил Уборевич, обладавший прекрасной памятью, — три дня назад он на двух «Львах» уничтожил девять Т-4.
— Да, было такое. Значит — боевой офицер с опытом. «Тигры» — это, конечно, не Т-4…
— Никого ближе у нас там все равно нет, — вставил Уборевич.
— Где сейчас его батальон?
— Рассредоточен от Шарьи до Судиславля. Выполняли разные задачи.
— От Шарьи до Судиславля, — повторил Тухачевский, — это под триста километров! А потом еще в Костроме перебраться через железнодорожный мост, и еще восемьдесят километров… Вот что, Иероним. Свяжись с Ковалевым немедленно, пусть гонит все машины к Судиславлю. Подготовь приказ для службы тыла — предпринять все необходимые меры для обеспечения горючим подразделений Ковалева.
— Есть, товарищ маршал. Единственное, как отнесется к этому товарищ Троцкий? Думаю, ему надо сообщить.
Тухачевский усмехнулся.
— А вот этим я займусь лично, и прямо сейчас.
Глава 75.КАПРИЗЫ ПОГОДЫ
Северное подразделение гидрометеорологической службы рейхскомиссариата Московия занимало двухэтажный особнячок на северной окраине Ярославля, и с самого утра там царила напряженная атмосфера. Штаб Моделя срочно требовал метеорологический прогноз на ближайшие двое суток. Для быстрой оценки погоды достаточно было выглянуть в окно: с вечера зарядил дождь, не прекращавшийся всю ночь. Эрих Гизе, руководитель службы, пребывал в непривычном для него стрессе: прямо скажем, после окончания активной фазы боевых действий в сорок втором, начальство не особенно беспокоило запросами его ведомство. С началом советского наступления на север ситуация изменилась, однако в первые недели погода стояла солнечная, так что к ведомству вопросов не возникало.
Все изменилось вчера. Кучевые облака, собиравшиеся обычно к полудню и таявшие к часам к шести, в этот раз таять не только не собирались, но наоборот — густели, тяжелели, наливались серым. И к вечеру ливануло, и весьма прилично. Через час в кабинете Гизе раздался звонок, и замначальника штаба Моделя потребовал прогноз на ближайшие два дня, прозрачно намекнув, что дальнейшая карьера главного метеоролога Ярославля напрямую зависит от исполнительности в этом вопросе.
Что мог сказать Гизе? Только одно: «Яволь!»
Положив трубку, он посмотрел на своего помощника — Якоба Штирнера, бороздившего когда-то северные моря в составе гидрометеорологических экспедиций. Теперь Якоб желал одного — покоя, и служба в этой Московии, где один год считался за два, приближала пенсию с двойной скоростью. К тому же жизнь здесь оказалась не такой уж плохой, как ее расписывали послужившие здесь раньше: надо только приспособиться. Эрих и Якоб приспособились неплохо — приходили на работу к десяти, уходили в начале пятого, а вечера проводили в пристанционном кабаке, открытым под покровительством начальника вокзала специально для немецкой диаспоры. Да, по хорошему пиву скучали все, но Якоб, довольно быстро пристрастившийся к русскому квасу, переносил отсутствие национального напитка легче остальных. В общем и целом, до нынешнего дня Якоб считал, что с этой службой он вытянул счастливый билет.
— Моделю нужен прогноз, — сказал, наконец, Эрих.
Якоб, скрестивший руки над выпирающим животом, картинно поднял бровь.
— Прогноз? — спросил он с иронией. — А в окно он выглянуть не может?
— Хватит! — гаркнул Гизе, и его товарищ вздрогнул от неожиданности. — Ты что, не понимаешь? Наступление на носу, им нужно знать, когда они могут поднять авиацию! Ты хочешь, чтобы нас расформировали? Хочешь лишиться пенсии?
Лицо Якоба вытянулось.
— Эрих, дорогой, но что же мы можем? — пробормотал он растерянно. — Ты ведь сам знаешь, станций у нас нет. Я ведь писал заявки, помнишь?
— Это не оправдание, — отрезал Гизе. — Нам скажут, что мы были недостаточно энергичны в отстаивании интересов службы.
Гизе встал и подошел к карте.
— Фронт шел с северо-запада, — проговорил он задумчиво. — У тебя есть знакомые в этом, как его… Вологда? — он с трудом выговорил русское название.
— Кажется, есть, — пробормотал Якоб.
— Звони и выясняй, как там с погодой.
— Куда звонить? У меня нет телефонов!
— Так найди, придумай что-нибудь!
— Послушай, Эрих, — Якобу показалось, что он нашел гениальное решение, — ведь у военных точно есть связь и с Вологдой, и с этим… Великим Новгородом. Может, попросить их связаться с ними?