Кувалдов, с облечением вздохнув, отправился в свой кабинет, где, не раздеваясь, рухнул на диван и тут же уснул.
Глава 79.ДИВЕРСИИ
Сплошной линии фронта под Щедрино больше не было.
Немцы без тщательной разведки вперед не шли — вероятно, опасались сюрпризов вроде тех, что устроил огневой взвод под командованием лейтенанта Гурова. В штабе Говорова кипела работа: оборона теперь строилась на отдельных опорных пунктах, подготовленных в рощицах, оживлявших широкие поля вокруг Щедрино. На большой карте, висевшей в штабе, опорные пункты отмечались красными флажками. Сейчас эти флажки окружали село с юга и прикрывали с флангов, но между немцами, занявшими бывший танковый окоп и самим Щедрино простиралось чистое поле, так что никакой возможности организовать там оборонительный рубеж не просматривалось.
— Как идет эвакуация жителей? — спросил Говоров.
— С переменным успехом, — ответил начальник штаба. — Многие не хотят уходить, особенно старики. Говорят, лучше умереть здесь, в родном доме.
— Что с размещением эвакуированных?
— Проблемы есть, но решаются. Люди Орловского этим занимаются. Он заверяет, что все будет в порядке.
Генерал кивнул.
— Если Орловский сказал, так и будет… Ладно, Василий Евгеньевич, давай к нашим делам.
Начальник штаба кратко доложил оперативную обстановку после отступления с передовых позиций. Впрочем, Говоров в общих чертах и так ее представлял: с имеющимися силами он не мог сражаться с немцами в открытом поле, а только наносить локальные контратакующие удары в отдельных направлениях.
— Сколько у нас зенитных орудий калибра 85 мм? — спросил генерал после того, как начальник штаба закончил доклад.
— Четыре огневых взвода по два орудия, — ответил тот.
— Предлагаю направить их на борьбу с танками, — сказал генерал. — Рассредоточить зенитки по одной и оборудовать скрытные огневые точки, незаметные для наблюдения с воздуха. Что думаешь, Василий Евгеньевич?
— Тогда небо будет полностью за немцами.
— Оно и так за немцами, — ответил Говоров. — «Юнкерсы» не боятся спускаться на низкие высоты, несмотря на наш огонь.
— Они несут потери, — напомнил начштаба.
— Верно, — согласился генерал, — но Модель, видимо, готов на это пойти. Судьба сражения будет решаться на земле, а не в воздухе… Так что давай сделаем именно так. Прикинь вместе с Алексеевым, где лучше разместить зенитки, чтобы они могли вести огонь по танкам.
Майор Алексеев был командиром дивизиона зенитных орудий, и он явно не будет в восторге от такого использования своих пушек. Но что поделать — общая задача важнее личных предпочтений.
— Есть, товарищ генерал.
— А что у нас с танками Ковалева?
— Идут маршем от Судиславля, — ответил начштаба. — Пока у них только пять машин.
— Пять машин… да, чтобы переломить ситуацию, этого недостаточно. А что с остальными? Тухачевский ведь обещал батальон.
— Да, но большая часть машин до сих пор в Котельниче.
— В Котельниче? — резко переспросил Говоров подошел к карте. — Но это же пятьсот километров отсюда! Своим ходом сюда дойдет дай бог половина!
— Они организуют переброску батальона по железной дороге.
Начальник штаба подошел к карте.
— Эшелон движется от Котельнича до Судиславля, — Василий Евгеньевич показал маршрут, — там эшелон разгружают, и дальше, от Судиславля через Кострому танки движутся своим ходом.